Два звонка до войны

Потому, фюрер немного изменил некоторую письменность в ряде документов и добавил к своему генетическому накоплению несколько иных штрихов, которые впоследствии и оказались еврейского происхождения.

Но это не смутило самого Гитлера, и он сам лично по тому высказывался так:

– Все мы знаем, что произошли от обезьяны, в том числе и я сам. А, кто сказал, что еврей – это не обезьяна только другого рода. Это природа, и от нее не уйти.

И он картинно разводил руками, словно этим говоря, что поделать уже ничего нельзя и пусть будет, как есть.

Так что, он сам как бы не отрицал своего такого причастия к еврейскому делу, но в то же время и не позволял хоть кому-то осудить себя лично в так называемых генетически неразборчивых связях.

Впоследствии он доработал и это, внеся в состав той же линии несколько десятков единиц законно русского происхождения. Тем самым он хотел показать, что здесь усматриваются чисто природные шаги, основанные на более давнем образовании самих людей.

Потому, частично он даже признавал некоторые славянские корни, в прошлом именуемые так же ариями, но, как он сам говорил, допустивших снижение своего генетического величия и опустившихся до воспроизводства обычных русских.

У фюрера всегда были на то ответы, и подобных дискуссий он никогда не боялся, так как был хорошо начитан и подпитан по-настоящему существовавшей на тот период наукой.

Весь свой научный мир он заключил своеобразно под стражу, хотя и делал время от времени исключения, исключительно для того, чтобы уже они имели возможность посмотреть на мир.

Что же касаемо их здоровья или обычной простой семейной жизни, то эти проблемы были решены изначально, а потому никто из них практически ни в чем не нуждался.

Вся элита гитлеровского научного мира располагалась непосредственно у него под рукой, что значит, под ним и в прямой доступности.

Для этого и существовала кнопка соответствующего назначения, которая приоткрывала вход в подземный бункер, который соединял самого Гитлера практически со всем миром, если проиллюстрировать то, какие и куда ходы под той же землей были прокопаны.

Над тем трудилось множество заключенных из других стран и его собственных граждан, предавших по-своему интересы Германии и, соответственно, Рейха.