Разумению не подлежит. Антология необъяснимого

В поисках оборотня

Я предложил Григорию Борисовичу вместе поискать логово оборотня.

– Нет, только не это! – замахал он руками. – Я еще пожить хочу.

Никого из местных такое предложение тоже не вдохновило. Пришлось обращаться за помощью к охотникам из райцентра. Но при этом ни я, ни они не задумались о последствиях охоты на волкодлака. Но об этом потом.

А тогда операция по его поиску, по сути, незаконная, началась. Время было выбрано оптимальное – полнолуние.

Нас было семь человек, и мы решили обогнуть Матвеевы Топи с двух сторон.

Но это был нелегкий путь. Только когда после гнилых чащоб заросли поредели, в вырубках и перелесках идти стало легче. Иногда попадались скошенные луговые участки. Но буквально в двух шагах чмокало болото – трясина с осокой, аиром и камышом, с частыми окнами чёрной воды.

Мы пробирались едва заметной тропинкой, утопавшей в глубоких мхах. Под ногами хлюпал торфяник. Повсюду на кочках попадался выветрившийся волчий помет, а под кривыми болотными соснами белели обглоданные кости.

– Нет, это не человеческие, – осмотрев их, заключил охотник со стажем Фёдор Копылов. – Похоже, тут и обычные волки водятся. Может, кто-то из них и стал людоедом.

Через какое-то время небо затянуло тяжёлыми тучами, а на болото опустился густой туман. Пришлось сделать привал, хотя спрятаться от дождя было негде.

Но дождь так по-настоящему и не начался. Покапал и перестал. Тучи рассеялись. Но солнце не появилось, стремительно темнело. Мы не укладывались в намеченные сроки.

Болото большое. Встретиться с другой группой охотников было нереально.

Выбрав сухое место, мои спутники поставили две палатки. Разложили костер. И услышали протяжный звериный вой.

– Не исключено, что это – наш клиент, – сказал Федя Копылов. – Обычно остальные волки сразу подхватывают. А это для них – чужак.

Вой повторился где-то уже совсем рядом. Послышался тревожный, нарастающий шорох. Он напоминал утробное ворчание лесного низового пожара. Можно было подумать, что ветер шелестит жесткой, болезненной травой, но ветер как раз стих, даже камышовый пух со зрелым семенем не носился туда-сюда, как обычно.

Шорох этот притаился в береговом редколесье, и возник другой звук, ещё более непонятный. Будто огромный зверь крался по гибельным топям, и глухое чавканье приближалось к нам.

Охотники заволновались. Они заняли круговую оборону.

– Это чудо-юдо не должно показаться со стороны болота, – сказал Федя Копылов. – Там любому зверю каюк.