В свете вот какое чудо… Книга об аномальных явлениях

Они были в высоких шапках, с волосами по плечи, в красно-фиолетовых шерстяных кафтанах без капюшона и воротника, в высоких сапогах с загнутыми кверху носками и серебряными подковами (сапоги, похоже, были шиты из сафьяна).

Лошади, сбрую которых украшали лисьи или волчьи хвосты, пронеслись мимо, обдав Родиона каким-то, как ему показалось, затхлым ветром. Он даже почуял острый запах конского пота.

Приступ страха прошёл, и Родион из любопатства решил последовать за охотниками. Мелькнула мысль, что идет съемка какого-то фильма, но чем дальше Родион углублялся в лес, тем больше появлялось сомнений.

Подозрение, что всё ему снится, крепло.. Под ногами шуршала жухлая трава, хотя давно уже было пора пробиться новой. Незнакомые бордовые мясистые цветы попадались буквально на каждом шагу – таких Родион никогда не видел. Над ними плыл лиловый сумрак.

Выбитая копытами лошадей, в бархате пыли дорога вела к большому селу. Блестел на солнце купол с крестом; извилистый лабиринт деревянных укреплений опоясывал дома.

Навстречу ехали двое всадников в зелёных кафтанах. Поверх их были наброшены плащи с нашитыми на них фигурками львов, волков и медведей. Всадники были вооружены секирами, кроме того, у них имелись сабли и пистолеты за поясом.

Всадники не обратили на Родиона никакого внимания, и складывалось такое впечатление, что эти люди смотрят сквозь него, а его самого не видят. И он пошёл дальше.

Стены вокруг села были чёрными, поросшими мхом и травой.

Крыши изб покрывала солома, а кое-где – черепица. Стену окружал ров, наполненный грязью, а в середине его были вбиты в землю заостренные колья. Через ров пробирались по разводному дощатому мосту без перил.

По нему прошёл и Родион. Но село как будто вымерло. Ни единого человека не встретил он на своем пути, а ему очень хотелось с кем-то пообщаться. Вопросов скопилось много.

Родион постучал в дверь одного из домов. Этот дом в отличие от других был с трубой на крыше. Но никто не ответил.

Родион толкнул дверь – она оказалась открытой – и ступил в сени. Сразу же в лицо дохнуло каким-то непривычным запахом.

В горнице висело множество образов. Возле голов святых венцы иконописцы позолотили. Перед образами горели восковые свечи.

На полу лежали рогожки. В углах стояли лавки, у столов – четырехугольные табуреты. На полках в кухне Родион увидел посуду, форма которой его удивила – ничего похожего на наши миски и тарелки.