Детективы и не только

Ну ее, а врача, аптекаря, инженера, чертежника?

Демин пожал плечами:

– Не знаю. Может надо еще поискать. Только быстро, или из Симферополя кого пришлют, тогда уж нам мозги вправят.

– Точно. Ладно, давай сперва Сашу расспросим.

***

– Пасечник, ко мне!

Ефимцев бросил это, проходя с Деминым мимо милиционера и Александр сразу поднялся в его кабинет, дверь закрыли:

– Оружие с собой? – сразу спросил Ефимцев.

– Да, вот, – сержант похлопал себя по карману.

– Передайте товарищу капитану, – сразу стало ясно, что разговор более, чем серьезный, и Саше стало немного не по себе.

– Да что…, -начал он.

– Передайте, – с нажимом, раздельно произнес Ефимцев.

Пасечник вынул Наган, отдал его Демину, Ефимцев взял стул поставил отдельно от стола:

– Садитесь.

– Да в чем дело то!

– Повторять надо? – спросил Демин тоже с нажимом.

Милиционер сел

– Вы на уроки по грамотности ходите?

– Ну, пропустил раз, так что теперь, из милиции выгонять?

– Когда пропустили?

– Вчера вот пропустил, нажаловалась уже?

Офицеры ходили рядом, глядя на него

– И что, хорошо уроки то шли?

– Да так себе, уж больно приставучая.

– Что, девка-то, поди, понравилась, амуры завел?

– Какие там? Мелкая, серая, кому нужна?

– Ну, мало ли… от уроков освободила бы.

– Да что случилось то?

– Убили, Саша, твою учительницу. – Ефимцеву уже стало ясно, что милиционер ни при чем, он сел за стол, потер голову и спросил:– Ты то где вчера был?

– Да здесь, до четырех, потом в буфете у вокзала до шести где-то, потом в общежитии до ночи, а потом опять здесь дежурил и спал с утра в каптерке.

– Ясно. Капитан, отдайте ему оружие.

Лучшего алиби, чем ночное дежурство в милиции и придумать было нельзя. Все еще ошарашенного Пасечника отпустили, дверь за ним закрылась, и Ефимцев присел на стол. Демин сел на освободившийся стул, помолчал немного и начал:

– Давай-ка подумаем, что происходит. Он хорошо знает город, он кто-то настолько свой, что его просто не замечают, его пускают без вопросов и не боятся.

– Стреляет хорошо, даже отлично. С одного выстрела убивает наповал.

– И не грабит.

– А почему «Он», может, «Она»?

– То есть, женщина, которую обидели? Нет, погоди-погоди, какой-то роман выходит. Бульварный. Женщина роковая.

– А почему нет? У доктора и аптекаря была, например, родственницей или любовницей, у инженера тоже, а чертежник – свидетель или гость.

– А телефонистка?

– Да-а. Телефонистка.

– Соперница? В чем?

– Да.