Смерть мироздания

Бесконечный поток тел, и неизвестно, какая у этого моря глубина. Я мог бы оказаться среди них…

– Говард, живой? Надеюсь, демоны тебя не испортили? В тебе нет инородных объектов? Ну ты понял, о чем я, – усмехнувшись, сказал Саня нежным женским голосом и подошел ко мне.

– Не испортили, – отвесив ему подзатыльник, ответил я.

– Эй, – держась за голову, выкрикнул Саня. – Вопрос с объектами остался открытым.

– Так, у нас есть камень, с помощью него мы пройдем, – показав камень Сане, Данте шагнул в море демонических тел.

Демоны, будь они мертвы или живы, тут же начали расступаться перед ним, словно перед Данте была невидимая рука, которая разгребала все перед собой. – За мной.

– Отец, ты прям, как Моисей, – посмотрев на то, как тела демонов образовывали две стены, а между ними проход, сказал Саня, – Говард, ты когда-нибудь улыбнешься?

Я промолчал.

Образовывалась дорога, мы разрезали море ровно на две части, и чем глубже мы заходили, тем выше стены из демонов были по сторонам. По ним текла кровь свежих тел и гниль разложившихся, запах был соответствующий этому зрелищу.

Живые пытались пробираться вверх, как черви, они проделывали себе проходы, но масса трупов не давала им пробраться далеко, им суждено умереть здесь, в куче биомассы. Даже для демонов такая смерть жестока. Не хотелось бы умереть в этом месиве.

Мы шли, казалось бы, часа два, пока впереди не послышался треск костей. Гора тел зашевелилась, и из нее показалась голова Левиафана.

– Щ-щ-щ-щ. Принещ-щ-ли мне дущ-щу, – прошипел змей, разглядывая нас.

 – Давайте ее щ-щуда.

– Мамона сказала отдать вам душу, после того как мы проверим дверь. Ведь вы, наверное, слышали, что несколько человек сбежали? – громко сказал Данте.

– Мамона, думает, что я настольщко глуп, щ-щ-щ. Думает, что кто-то сможет найти дверь в этом океане щ-щмерти? – Левиафан понюхал воздух вокруг нас. – Я учую людей легко, демоны пахнут серой, как вы. А вот дущ-ща, которая у вас в колбе, пахнет жизнью, щ-щтранно, обычно мне носят уже очищенные дущ-щи, а эта пахнет силой четырех.

Настоящее совершенство. Мощная дущ-щ-а, – облизнувшись, сказал Левиафан, – Хорошо, щтупайте за мной.

Мы переглянулись, Данте поднял камень повыше и последовал за змеем.

– Отец, тебе не кажется, что он просто избавится от нас и заберет душу? – Саня посмотрел наверх, а там уже тела образовывали арку, настолько глубоко в море мы уже были, что сила камня не могла пробивать путь до света, его застилали трупы.