Смерть мироздания

Запах разложения был так силен, что ты ощущал его прикосновение физически, если ты открыл рот и вдохнул его, то ощущаешь этот запах на вкус. Нам хоть дают время восстановиться, тут же такого нет. Люцифер, выдергивая из стены человека, восстанавливает его уже перед самой пыткой, пытает и помещает его обратно уже истерзанным, частично вернув ему очертания тела.

Мы в камерах перерождения испытываем боль, когда тело еще не обросло кожей, они испытывают боль всегда. Многие демоны, вроде Асмодея, считают, что таким образом смертные привыкают к боли, но, когда ты слышишь их стоны из этих ужасных стен, ты не можешь в это поверить.

– Меня тоже пугает, – ответил я.

Сгнившие тела раздвинулись, чтобы показать нам зал. Люцифер уже находился внутри, изучал пятерых людей. Владыка Ада выглядел не как все демоны, для преисподней он был слишком прекрасен. Босиком в одних штанах, с голым торсом он стоял в центре зала, гордо и непринужденно. Единственное, что бросалось в глаза на фоне его красоты, так это культяпки на спине, где должны были быть крылья.

– Как никто другой я знаю, что такое гордыня, – произнес Люцифер прекрасным низким голосом. – Гордыня – это сладкая субстанция, которая наполняет нас изнутри. Именно благодаря гордыне множество людей добивается невероятных успехов, уничтожая при этом другие жизни. Для таких людей важны лишь они сами, остальные – лишь продукт для питания их эго, – обходя вокруг кучки людей, говорил Люцифер. – Я понял это в Аду, и вы поймете.

Люди стояли с изумленными глазами, перед ними было существо Рая.

Люцифер щелкнул пальцами, и все пять человек в то же мгновение воспламенились. Они кричали от боли, с них слезала кожа, лопались пузыри на плоти, но они продолжали смотреть на ангела, пока у них не лопнули глаза. Люцифер поднял их в воздух с помощью мысли.

– Я буду отрывать от вас по куску, каждый кусок вашей плоти – это загубленная вами душа, – сказал Люцифер, – если вашей плоти не хватит, я соберу вас снова, и мы будем повторять это, пока все души не будут отомщены.

Он начал с пальцев, потом рвал конечности, тела и, когда дошел до голов, уже было минимум по двести кусков плоти от каждого. Страшно представить, что эти люди творили такого, чтобы искалечить столько жизней ради одной – своей.

Люцифер делал все с особой злостью, в его глазах была лишь ненависть, ненависть к человечеству, но я вижу и жалость.