Человек без дождя

– Одну минуту, Валерий Иванович, – едва слышно вымолвил Алексей, у которого внезапно земля зашаталась под ногами, – одну минуту… Я вас не задержу долго. У меня есть одна проблема.

– Какая? – вскинул брови олигарх.

– Дело в том, что документы на землю, они не в полном порядке, – прошелестел Леша, – свидетельство о регистрации собственности у меня есть, а отводные документы не совсем готовы. На тот момент, когда я узнал о вашем проекте, они еще были в работе, а теперь движение по ним заморозили…

Завьялов замер посреди кабинета.

– То есть как это? Такого не может быть! Поезд не бежит впереди паровоза, – усмехнулся он, – у вас не может быть «зеленки», пока с документами по земле не все в порядке. На каком основании вам ее выдали? За взятку, что ли?

До Леши стало доходить: если в департаменте уже готовят иск о признании его «зеленки» недействительной, то и Завьялов должен об этом знать, он может не вдаваться в подробности, но, во всяком случае, он должен знать, что территория чиста. Неужели он разыгрывал перед ним комедию? В груди начло разливаться предательское тепло – верный признак надвигающегося гнева.

– То есть вы хотите мне сказать, что у вас нет документов на объект, который вы считаете своей собственностью? – продолжал Завьялов. – Позвольте, но что же тогда я должен у вас купить? Как вы себе это представляете? Вы бы стали покупать ворованную вещь?

– Но я же ничего ни у кого не украл, я вкладывал туда свои деньги, – онемевшими губами проговорил Алексей.

– Не украли, так взятку дали, одно другого не лучше, – с брезгливостью в голосе подытожил Завьялов.

– Так вы же наверняка знали, что у меня с документами не все в порядке, зачем же тогда?

Завьялов посмотрел на Лешу внимательно, а потом сказал неожиданное:

– Вы знаете, Алексей, я ведь не всегда был хорошим мальчиком. Когда я начинал бизнес, мало кто избежал того, чтобы слегка измазать белые перчаточки. В белых перчаточках тогда ничего не получалось, понимаете? Как же вам не понимать, если вы в органах работали.

Завьялов раскраснелся, отошел к окну, а когда повернулся к Леше, его лицо исказила гримаса:

– Так вот, когда я был плохим мальчиком и что-то делал не так, – продолжал он, – ваши коллеги приглашали меня к себе в кабинеты, трясли, угрожали, запугивали, чего-то от меня хотели, всю душу из меня вынимали. И даже разоряли меня – такое тоже было. И им было плевать. Плевать, что у меня жена болеет и ребенок маленький.