На грани миров

Этого дня я сильно боялся, но знал, что он рано или поздно наступит. Кроме того, если бы не ее отъезд, то я наверняка вскоре ей наскучил бы, ведь рядом с такими, как она, должны находиться люди, которые стремятся к счастливой жизни. А я не знаю, что это такое.

Мы гуляли по центральной улице, после чего зашли в небольшую кафешку.

– Мы будем держать связь? Ведь будем? – поинтересовался я и взглянул в ее янтарные глаза: я готов был раствориться в них, чтобы покинуть этот темный мир навсегда. – Будешь рассказывать мне о жизни за рубежом, так ли там хорошо, как говорят.

– Конечно. Ты от меня так легко не отделаешься, – ответила она с улыбкой. – Будем общаться каждый день. Каждый день, слышишь?

Ее улыбка всегда согревала мое сердце, даже в самые тяжелые времена.

– Кошмары не прекратились? – спросила Галя, придвинувшись поближе. – Твой кошмар с девочкой по-настоящему жуткий. Может, обратиться к психологу?

– Да… не беспокоят, – ответил я.

Хоть это была чистая ложь, но почему-то мне не хотелось ей говорить о том, что меня беспокоит.

– Знаешь, а давай еще по кусочку торта, а может, и не по кусочку? Ведь когда мы еще так посидим в следующий раз? – предложил я. – У них тут слишком большие запасы сладостей, нужно это исправлять.

– Гулять, так гулять, – сказала Галина смешным голосом, что напомнил мне какого-то персонажа мультика, но я не мог вспомнить какого. – И еще чаю. Много чая, поставим рекорд чаепоглощения.

Как же мне нравятся ее глупые шутки. Мне будет их не хватать.

После посиделок в кафешке мы отправились болтаться по улицам нашего маленького города и делать смешные фотографии. Я старался не показывать Гале, что расстроен. Галя же улыбалась. Она невероятно яркий и добрый человек. Я никак не мог раскрыть ее секрет: как ей удается быть настолько светлой? Казалось, ничто в мире не способно погасить этот свет.

Я проводил ее в аэропорт, где крепко обнял напоследок. Провожая взглядом взлетающий самолет, я осознавал, что наверняка никогда больше не увижу свою подругу и она не узнает, кем была для меня.

Последнее, что она мне сказала перед тем, как уйти, что я должен изменить свое видение мира и начать замечать в других людях не только плохое. Она часто мне повторяла эту мысль, банальную мысль, и каждый раз я обещал ей исправиться.