Эльфийский подменыш

Если бы Элмерик ел столько же, он бы уже, наверное, перестал пролезать в дверь. А вот Орсон, напротив, стал выглядеть более подтянутым. Наверное, от постоянных тренировок: Элмерик видел, как они с Мартином ходили на задний двор с длинными шестами в руках.

– Валяй, жри! А я всё равно буду заниматься дикой магией, пусть даже без книг и наставника!

– Ну разве так можно? Тебе же ясно сказали: это может быть опасно, – Брендалин покачала головой.

– Смотрите-смотрите, леди не одобряет дикую магию! Что это: благоразумие или трусость? – Джеримэйн отлично подражал площадным зазывалам; похоже, он не врал, что пытался пойти в комедианты.

– Эй, полегче! – Элмерик стукнул кулаком по столу. – Сам делай, что хочешь, а к другим не лезь.

Джеримэйн медленно встал, набычившись. Ну, началось. А ведь им только что велели избегать ссор. Но задира вдруг сплюнул на пол и стремительно вышел вон. Элмерик так удивился, что едва не побежал за ним следом, но вовремя одумался.

– Спасибо, что вступился за меня, – Брендалин наметила лёгкий поклон.

– Д-да. Но за тебя я особенно… это… ну… – бесы бы побрали его косноязычие!

– Меня пугает этот человек, – шёпотом призналась девушка. – Он словно трут. Искру поднеси – вспыхивает. А порой и искры никакой не надо.

– Ага, бешеный, – кивнул Элмерик. – Слушай, а может ты… мы… э-э-э, не хочешь прогуляться со мной до деревни после занятий? Если не хочешь, то ничего страшного. Можно в другой раз.

– Почему бы и нет.

– И вообще, я… погоди. Что ты сказала? – его опять бросило в жар.

– Говорю, я согласна. Давай.

В этот миг Элмерику показалось, что у него за спиной выросли крылья. На уроки он не шёл – летел. Правда, пришлось сначала забежать в комнату за пером и бумагой. Перемахнув через три последние ступеньки, он едва не сбил с ног тихую, как тень, Розмари.

– Ой, прости, – он схватился за перила. – Как ты себя чувствуешь? Тебе уже разрешили вставать?

Розмари выглядела очень бледной.

– Мне лучше ужо, – она прислонилась спиной к стене.

– Оно и видно. Зачем ты вскочила? Давай, обопрись на мою руку, вернём тебя в постель.

– Вот, возьми, – Розмари сунула ему в ладонь какой-то мешочек. – Это тебе за спасение-та.