Самое Начало

Чувство долга перед страной и гражданами, чувство гордости за успехи государства и за собственную хорошо выполненную работу, чувство ненависти к врагам, чувство досады и разочарования в отношении гражданина, вышедшего за рамки общепринятых правил – эти и тому подобные чувства приветствовались и всячески культивировались в обществе. Однако, общественная мораль требовала максимальной сдержанности в проявлении любых чувств. Человеческие же эмоции считались фактически чем-то постыдным, потому что временный порыв не может быть истинно настоящим и достоверно правдивым.

Саф громко произнес:

– Еда!

Сразу же пол коридора под его ногами высветил белую дорожку, указывая путь к столовой. Шагая уверенным твердым шагом по светящейся дорожке, загибающейся вверх, он прошел около трети всей окружности коридора, пока дорожка не свернула вправо к двери, которая выделилась белой световой рамкой. Саф снова провел в воздухе рукой слева направо, и дверь бесшумно ушла в сторону, открыв проход в столовую. Потолок столовой полностью засветился мягким белым светом.

Это было весьма большое помещение, рассчитанное человек на сто. Ряды столов и скамеек по обе стороны прохода вызывали у Сафа лёгкие смешенные чувства. С одной стороны было пусто и одиноко, ведь изначально планировалось, что он здесь будет не один, а с другой стороны он был свободен и предоставлен только саму себе, никто его не видел, никто за ним не следил и не мог повлиять на его поведение.

Быстро пройдя вглубь столовой к противоположной входу стене, Саф повторно громко произнёс слово:

– Еда!

Через пару мгновений в стене тихо открылось окно, из которого он взял миску и кружку.

Саф уселся на ближайшую скамейку и спокойно принялся за еду. Простая еда – каша и напиток. Однако питательная ценность этих продуктов была ровно такой, в каких веществах нуждался организм человека в данный момент. Система жизнеобеспечения сама определяла физическое состояние организма Сафа и формировала нужный и правильный рацион питания. Такой способ питания был всегда, сколько помнил себя Саф. Благодаря этому, все жители страны были здоровы, примерно равной комплекции и жили очень долго. Самому Сафу было уже сто двенадцать лет от момента рождения, но лучше было бы сказать, что ещё только сто двенадцать лет.

Достаточно быстро управившись с едой, Саф отнес миску и кружку в то же самое окно, откуда взял. На обратном пути к входной двери, оглядывая взглядом зал, его неожиданно посетила мысль о скудности убранства столовой.