Тени и нити

Драммр поспешил с ответом:

– Одно из понятий довольно хитрой и изощренной ветви теологии Божественного Света. Считается, что дарованная Создателем личная свобода, может вывести за приделы этических и материальных законов мира. Кажется, в таком случае существо творит недостающую ткань бытия вместе со Всевышним, – Драммр ощутил гордость за сохранившиеся после стольких лет познания. Определенно, нужно было оставаться преподавать в Университете. Впрочем, гомункула теологические формулировки, кажется, не особо вдохновили – серая мордочка скривилась, приготовившись выплюнуть очередную порцию недовольства.

– Говоря проще, смастерившие наш мир помощники Создателя, могли кое-чего не предусмотреть. И трещина мира – это как раз тот случай, когда кто-то столкнулся с такой недоработкой.

* * *

Свод был освещен беспорядочно разбросанными разноцветными магическими огнями. От ведущей в город лестницы расходились под разными углами четыре улочки, застроенные одинаково: мрачными серо-черными домишками. Пустынные – лишь волокущий куда-то тачку хромой служка, да неверные красно-оранжевые огоньки в окнах свидетельствовали о наличии жизни.

Никакого вахтера, карты или полезных указателей не обнаружилось. Гомункул потянул к ближайшему большому особняку с неким подобием скульптур из темного камня. Довольно быстро выяснилось, что его обитатель специализируется исключительно на шрадах и прочей ходовой мелочи.

– На экзотике много не заработаешь, – протянул колдун, любезная улыбка как-то хитровато скривила шрам на его щеке: – Думаю, только мастер Ренгаль сможет вам помочь.

Драммр поморщился – он ведь уже успел забыть страсть членов этой гильдии к увечьям. Считалось, что нормальное человеческое тело может само по себе стать знаком, и постоянную работу под Куполом получали исключительно калеки. Что до колдунов, то те из них, кто естественных изъянов не имел, обыкновенно, довольствовался шрамом на лице, как этот специалист по демонической мелочи.

Дом мастера Ренгаля жался к основанию металлической полусферы, так что в некоторых комнатах поверхность купола, наверняка, заменяла потолок или одну из стен.

Дела у хозяина, вероятно, не ладились – вывеска вылиняла, превратившись в серо-черную тряпку еще, должно быть, полвека назад. По двери расплылось грязное пятно, а небольшой закуток перед домом был завален обрывками каких-то бумаг и мусором неизвестного происхождения. Контролер постучал, потом заколотил сильнее. Наконец, огонек за одним из окон ожил, двинулся и исчез.