Звездные мемуары астронавигатора

Он вспомнил, что у Дабл Лэнда два солнца и в противоположной стороне от заходящего солнца увидел второй солнечный диск, затрудняясь определить какое из них – искусственное. Он проглотил таблетки, утоляющие голод и жажду, почувствовав, как силы возвращаются к нему, а вместе с ними и желание действовать.

Ноги сами понесли его в сторону видневшейся рощицы. Он шел и шел, а она все не приближалась. Второе солнце было высоко, когда он наконец достиг ее. В роще росли деревья, напоминавшие яблони с развесистыми густыми кронами, покрытыми узкими зелеными листочками, но плодов на них не было, как не было и никакой тени, несмотря на густые кроны.

Солнце светило ярко, но не обжигало и идти было комфортно. Он был без шлема, хотя оставался в скафандре. Нейон Ти подкрепился таблетками, но это не помогло одним махом преодолеть густую рощу, и он уснул в ней, выбившись из сил.

Когда он проснулся, одно из светил было высоко. Он то ли позавтракал, то ли пообедал таблетками и отправился дальше, начиная опасаться, что роща тянется по всей планете. Вдруг роща внезапно кончилась, и Нейон Ти оказался на окраине поселения – слишком маленького для города, но непохожего на деревню своими дорогами и высотными домами. Один из домов был совсем рядом с рощей, и Нейон Ти мог его рассмотреть.

Это был длинный пятиэтажный дом с несколькими подъездами. Его серые стены давно забыли, что такое штукатурка и никак не могли радовать глаз. Балконов было мало, и все они были заставлены всяким хламом или увешаны веревками с висящими на них тряпками. Вход в подъезды закрывали железные двери, которые, если их покрасить, выглядели бы похожими на двери. Они словно говорили своим видом: «Это еще что! Вы пожалеете, если откроете нас, потому что услышите наш скрип!».

Двери подъездов были обращены в сторону рощи, а между домом и рощей располагалась площадка со скамейками и скамеечками. Тут и там виднелись какие –то конструкции и обломки мелких конструкций непонятного назначения. Было видно, что когда–то они были окрашены и что их очень активно использовали непонятно для чего, но в настоящее время от всех этих конструкций остались одни торчащие пеньки.