Сарматы. Рать порубежная

Непокорный нравом венед не мог стерпеть унижений, ему удалось бежать. Долгие скитания привели его, тяжело раненного роксоланской стрелой, в племя Евнона. Благодаря аорсам, выходившим его, он обрел вторую жизнь. Сам же Горд говорил, что родился среди аорсов, среди них и умрет. Еще отец Евнона принял белокурого великана с серо-голубыми глазами под крыло рода, оценив его здравомыслие, воинское умение и недюжинную силу. А сила у него имелась: о том говорили крепкие ноги, мощная грудь, мускулистые руки и бычья шея. В стане не было равных ему в борьбе и поднятии тяжестей.

Несмотря на то что Горд был немного младше Евнона, тот относился к нему с уважением.

– Что войско? – спросил Евнон.

– Готово. – Горд пригладил густые пшеничные усы.

– Войско поведешь ты. Я останусь… У предводителя должна быть светлая голова.

– Может, отменить поход?

– Нет.

К походу на племена, чьи земли находились севернее владений нижних аорсов, Евнон готовился давно и, несмотря на смерть сына, отменять его не собирался.

– Мое главенство в войске может вызвать недовольство среди старейшин и знати, – сказал Горд.

– Мой отец принял тебя в наш род, а значит, ты такой же, как и мы. Ты один из лучших воинов и не раз водил мой личный отряд на врага. Причем всегда успешно. Помимо этого, тебе одному приходилось бывать в тех местах. И не забывай, мое слово немало значит для аорсов. Думаю, старейшины и знать согласятся со мной.

– Надеюсь на это.

– Выступите на следующий день после погребения Туракарта.

 – Голос Евнона дрогнул. Справившись с собой, он продолжил: – Возьмешь часть моих личных воинов. Дарган и Сухрасп отправятся с тобой. Здесь они будут напоминать мне о смерти сына. И еще… – Евнон развернулся и тяжелой поступью пошел к повозке.

Горд посмотрел ему вслед: вялая походка, опущенные плечи. Горе не сломало, такого человека сломать трудно, но пригнуло его сотоварища и повелителя. Да и у самого Горда при мысли о смерти Туракарта комок подкатывал к горлу, он был его учителем и любил сына Евнона как собственного.

Своих детей, впрочем, как и жены, у него не было.

Вернулся Евнон с мечом.

– Этот меч ты подарил моему сыну. Им ты учил его сражаться. Выполни то, что не привелось сделать Туракарту – обагри его в сраженье кровью наших врагов.

– Я выполню твою волю. – Горд принял из рук вождя меч в деревянных, обшитых кожей ножнах с медными накладками. Бронзовая рукоять с прямой гардой заканчивалась круглой головкой из розового сердолика.