По ту сторону листа

Она продолжала жевать какие-то слова сквозь слезы и всхлипы. Сначала не могла добраться до аэропорта, потом промерзла там, пока ждала самолет, который все время задерживали из-за снегопада и наледи, и к нему, Олегу Николаевичу, чуть ли не пешком добиралась, потому что деньги кончились, а автобус не шел, и телефон сел…

Олег сходил в комнату и нашел Наткин спортивный костюм. Девушка теперь только всхлипывала, пытаясь унять истерику, икотой прорывавшуюся наружу.

– Вот, переоденьтесь. И в ванную.

Пару минут он поливал ее белые ступни едва теплой водой.

– Сейчас согреетесь

– С детства ноги не парила, – сказала она, шмыгая носом. – Меня Аля зовут.

Через десять минут Аля сидела на кухне, завернутая в плед, чтоб не остыть. Олег достал водку. Налил обоим, ей – с медом.

– Спасибо вам, Олег Николаевич.

От ее «Олег Николаевич» мужчину передернуло. Он вспомнил, зачем она здесь, и махнул свой стакан.

Девушка смотрела с испугом.

– Вы же знаете, кто я, да?

Он кивнул и налил себе еще.

– Потому и пью. Ты, кстати, тоже выпей.

Девушка зажала нос и мелкими глотками выпила свою порцию. Олег беззвучно хохотал, стараясь подавить подступавшую от этого представления рвоту. Морщась и размахивая руками, она схватила бокал и хлебнула чаю. Кипяток обжег язык, и Аля подавилась. Олег налил ей воды.

– И что теперь? – она снова смотрела исподлобья, затравлено.

– Не знаю. Это же ты проводник.

Олег улыбнулся.

– Вы добрый. И внимательный. А что у вас с рукой?

Олег поморщился.

– Как вас занесло на такую работу?

Аля понимающе кивнула.

– После аспирантуры. Было интересно. Так необычно. То есть, такого же не ждал никто, да? – ее глаза загорелись. – Голод, нехватка воды и топлива, и прочие прелести перенаселения спрогнозировали, а то, что Смерть перестанет успевать, устанет – кто бы мог подумать, да? Это было очень интересно!

Олегу стало неуютно.

– Смотреть, как люди умирают?

– Нет. Вы уже в возрасте, а как подросток. Задеть пытаетесь. Я же не убиваю никого, – выпалила она и осеклась. И снова затравленный взгляд. С минуту она молчала. Олег не перебивал. Поднялся и закипятил чайник.

– Мы переводим. Ничего аморального в этом нет. К тому же, у нас только плановые. Вот вы. Я когда к вам ехала, мне так стыдно было опаздывать. Думала, раз вы такой молодой, ну не то, чтобы молодой.