Наблюдая за Большой медведицей

– Не горячительное, а горячее! Чай, воду из термоса! – пояснила Кира.

Могильников зарычал, от чего Юля на мгновение перестала дрожать, и налил горячий чай из своего термоса. Девушка сделала глоток и поперхнулась.

– Сколь…ко тут сахара? – пропищала она.

– Шесть на кружку… Я вкусненькое люблю, – сурово ответил Могильников.

– Выхода нет, Дарьян! Обними ее, – Кира указала на Юлю.

– Что? – возмутилась Юля, а Покровский внимательно посмотрел на обеих.

– Ее нужно обнять, крепко прижать к себе, только так она сможет согреться! – сердито пояснила Кира.

– Прижать к себе девушку? На это я всегда согласен! – заулыбался парень и расстегнул куртку: – ну, иди ко мне, Любаша!

– Я лучше помру, чем к нему прикоснусь! – вспыхнула Юля. – Отстаньте от меня! – она фыркнула и машинально сделала большой глоток из кружки с чаем, после чего минут десять плевалась.

Могильников стоял в стороне, наблюдал за происходящим, когда услышал, что девушка всеми силами уклоняется от объятий Дарьяна, решил вмешаться в характерной ему манере.

– Мне ещё один клиент не нужен, – сурово произнес патологоанатом. Все замолчали. Юля, так же молча, села рядом с Дарьяном, тот накинул на неё куртку и прижал к себе. Девушка почувствовала, наконец, что согревается – улыбнулась.

На берегу показался Эдкевич. Кстати, переправляясь через речку, он умудрился сделать несколько кадров, зависнув над потоком. Вслед за спасенными на берег выбралась Элина. На другом берегу остались трое. И тут с той стороны реки донесся плач.

– Я не могу! – в голос ревела девушка.

– Медведь! – рявкнул Могильников, и Лея, со страху, птичкой понеслась по камням. Она так ловко перебежала реку, что даже нигде не поскользнулась.

Валенов улыбнулся, посмотрел на Худогубкина и жестом указал на реку. Тощий проглотил слюну и с дрожью в ногах пошёл. Остановился у самой кромки воды.

– Я…Я… – Тощий заикался и не мог выговорить ни слова.

– Ты?.

– Я воды боюсь… Смотришь в реку, а дна – то не видно – бездна! – запаниковал Тощий.

– Увы, Миша, другого выхода нет, – пожал плечами Роман, – держись за веревку, и аккуратно передвигайся. Если боишься ноги промочить – сними ботинки или, хотя бы, завяжи шнурки, а то я заметил, что ты с развязанными шнурками ходишь, язык у ботинок аж вываливается.

– Мне так комфортно, ноги не преют, – ответил Тощий, стоя возле Валенова на первом камне.