Блок верности

Семенов стоял перед нами и водил лучиком указки по экрану, на котором разворачивался его доклад. Остальные сотрудники, душ сорок, сидели на стульях, расставленных не очень ровными рядами, и внимали словам докладчика. Это все были мои ребята, из моего управления. Большинство из них я набирал сам, отлавливая в других конторах, переманивая из силовых структур и научно-исследовательских институтов, а иногда просто выхватывая из толпы. Несколько человек были из тех самых «новых сообществ», то есть сект или каст.

Я сидел, как положено боссу, в первом ряду, поощрительно взирая на подчиненного. Семенову иногда требовался мой одобрительный взгляд, что было странным, учитывая его невероятную квалификацию и крепкое положение в коллективе. Наверно, какие-то детские проблемы у парня остались, что-то вроде авторитарного отца из далекого травматического детства, или наоборот. Это не важно. Главное, ему нужно было одобрение, а уж этого добра у меня навалом, когда нужно.

– Короче, Семенов, – сказал я, – сколько новых у тебя? И давай закругляться будем, хорошо?

Семенов быстро закивал, будто вдруг осознал, сколь драгоценно мое время, а он его занимает. И заговорил быстро-быстро, как отличник, которому любимый профессор уже и так нарисовал высший бал в зачетку, а он все равно жаждет удивить напоследок своей ретивостью, все тараторит да тараторит.

– Групп, групп… новых групп мы выявили четырнадцать, и аналитика говорит, что идентифицируем и классифицируем вскорости еще пять-шесть…

Много, Господи, очень много. Плодятся, как котята в подвале, и всех приходится брать на карандаш, никому во внимании не откажешь. Бывало, отказывали, а через полгода-год получали секту, или боевую организацию, или просто такое ядовитое сборище дураков, что ни умом объять, даже таким, как у Семенова, ни дустом вытравить.

Наше богатство – это наш перечень, Большой Каталог, список всех этих сект, каст, гуру, подгурков, недогурков, и их паствы. Самый большой каталог на этой планете. Он самый большой, потому что мы первыми начали.