Лудингирра

Во-первых, он дает за нее в два раза больше чем ты, а во-вторых: ты понимаешь, чем это может кончиться? Понимаешь?

– Показывай! – прервал Тимахта.

– Но тогда и цена будет дороже…

– Показывай!

И тут в комнату вошла Дамгула.

Увидев ее, старик Тимахта позабыл для чего сюда пришел и чуть не позабыл самого себя. Вот это действительно было колдовство! Такой красоты он не видал, а видал он многое. Хитрый Элути внимательно наблюдал за Тимахтой и предвкушал…

– Дочь, оставь нас! – властным голосом заговорил жрец, глядя как Тимахта теряет рассудок.

Тимахта словно очнулся:

– У меня есть двадцать мин серебра. – заговорил он твердо и монотонно. – Пусть они будут твои. Но корабль… Корабль останется при мне. Это мое последнее слово.

Элути выдержал нужную в таких случаях паузу, как бы соизмеряя два выкупа: один реальный от Тимахты, другой только что вымышленный, который был вдвое больше реального, затем поднял очи к небесам, горестно вздохнул и, разумеется, отдал предпочтение реальному.

Это был откровенный грабеж. Но Тимахта верил в свои силы – добра можно и нажить, а сын у него единственный…

– Твоя печать, почтенный Тимахта. – Элути лично преподнес табличку гостю.

Тот прихватил руку хозяина так сильно, что жрец чуть не взвизгнул от боли.

– Приятно иметь дело с порядочным человеком. – сказал Тимахта, вдавливая в табличку свою печать.

И вот теперь Дамгула и Лудингирра сидели за столом чужие друг другу… Позже к трапезе присоединился полусонный Нинмар.

По окончании трапезы Нинмар поплелся в эдуббу, а его отец в свои покои, Дамгула еще некоторое время сидела за столом как изваяние, затем позвала служанку:

– Нинда!

– Я здесь, моя госпожа… – виновато пробубнила женщина.

– Бесстыдная девка! До сих пор готовить не умеешь! Смотри, пироги подгорели! – крикнула Дамгула и с размаху врезала пожилой женщине увесистую пощёчину.

– Я буду стараться, госпожа… – пролепетала служанка и покорно удалилась.

Дамгула вышла в сад, закрыв за собой дверь, на ее каменном лице блеснула слеза, она рванула с шеи ожерелье – нить лопнула и жемчуг рассыпался по саду.

Глава седьмая

После обеда жизнь Лудингирры вошла в свое обычное русло.