Остров горного дьявола

– Видимо, когда шел к нам упал… в смысле падал… с обрыва несколько раз… – ответил сержант.

– Суровый рельеф в наших краях. – согласился Рамос, поглядывая на лейтенанта. – А самураи, смотрю, активизировались. Разгуливают как у себя дома, наших средь бела дня режут прямо в полиции… Ладно хоть эти здесь. Два японца за один день – это уже кое-что. Надо бы им нанести ответный визит вежливости.

После того, как полковник со свитой увезли пленного, Ирмос и Акино вышли на улицу.

– Ничего себе денек! – вздохнул лейтенант, – Зато есть результат! Знать бы наверняка, сколько их еще осталось!

– Как им самим не надоела эта война?

– Плохо ты знаешь японского солдата.

– Почему? Я слышал про кодекс чести и все такое…

– Кодекс чести и все такое… – передразнил Ирмос. – Это не то, что ты думаешь, это то, о чем ты даже и не подозреваешь! Для самурая честь и верность присяге – образ жизни… единственный причем.

На прощание лейтенант сказал:

– Дождись людей из морга, завтра увидимся.

Только оставшись наедине, Акино в полной мере осмыслил как призрачна грань между жизнью и смертью. До этого все воспринималось как сон, как жуткая бредовая фантазия. Но труп японского солдата времен второй мировой посреди полицейского кабинета в глухой филлипинской провинции – это была реальность. Абсурдная реальность. Теперь сержанту стало страшно по-настоящему.

Ночью идти не легко, но у Такэды другого выбора не было. Нужно уходить чтоб пережить облаву. В том, что она непременно будет организована лейтенант не сомневался.

С первыми лучами солнца он вышел к лагерю. Землянка была пуста. Вся провизия ушла вместе с Одзавой. Не осталось ничего, кроме надписи на агитплакате. Под слоганом «Война до победы» карандашом было начертано «моя война закончена». Оставаться здесь было не безопасно. В любой момент, благодаря Одзаве сюда могут прийти американцы. Такэда это понимал, но двигаться дальше в горы не было сил. Была лишь воля…

Лейтенант собрал оружие, патроны, котелок – все, что можно было унести и направился подальше отсюда.

Сквозь шум воды лейтенанту почудилось, что его кто-то зовет. Открыв глаза, Такэда действительно услышал своё имя. Причем голос был очень знаком.

– Такэда! Лейтенант Такэда!

Этот голос резкий, уверенный доносился оттуда, где потоки воды с грохотом ныряли в горное озеро.