Остров горного дьявола

– У него меча при себе не было, ты сам видел – он же голый пришел…

– Да он бы его зубами загрыз! Знаешь, какие они! А ты вспомни дядю своего сеньора Окампу. Что стало с его семьей, а? Японцы вырезали их всех: и жену и детей у него же на глазах. Хочешь, чтобы и тебе так же было? Нет? А тогда чё ты японцу в адвокаты набиваешься?!

– Да я просто так сказал…– начал оправдываться Диего. Но ему тут же заткнули рот.

– Он видите ли «просто так» сказал! – не унимался Щуплый. – По всей округе озверевшие самураи стаями ходят, а он «просто так» сказал!

Неизвестно, когда и чем бы всё это закончилось, не прояви сержант инициативу:

– Так, расходимся, расходимся.

Народ, неохотно повинуясь, продолжая ругаться меж собой, разбредался по своим делам.

Глава шестая.

Сано, обхватив одной рукой шею своего командира другой придерживая рану на животе влачился, едва передвигая ногами. Двигались медленно, останавливаясь на отдых каждые четверть часа.

День уже близился к концу. Такэда рассчитывал засветло помочь Сано добраться до отделения полиции пока основная масса сотрудников еще не успела разойтись по домам. В противном случае пришлось бы ждать утра. А до утра Сано может и не дожить.

В суете лейтенант запнулся и вместе с товарищем рухнул наземь. Пришлось сделать внеочередной привал. Командир даром время не терял и разминал затекшую шею и левую руку.

– Тебе страшно, Каташи, – неожиданно спросил он.

– Боится тот, кому есть что терять. – произнес капрал. – Нам-то с тобой чего беспокоиться?

Такэда все понимал. За тридцать лет, проведенные в филлипинских лесах, лейтенант открыл для себя тот факт, что нельзя воевать, постоянно находясь в страхе. В страхе собственной гибели. В конечном счете, любой от этого рехнется, прежде чем состарится. Единственный выход – не зацикливаться на смертельной опасности, а воспринимать войну, как обычную работу, которую кроме тебя никто не выполнит.

Одзава сидел на стуле посреди кабинета со связанными руками, смиренно ожидая своей участи. Акино облокотившись на сейф смотрел на японца, как на древнее ископаемое. И только Ирмос выдыхая сигарный дым, ходил вокруг пленного, глядел ему в лицо, не веря собственному счастью.