Властелин. Книга 3. Император Европы

Мешая друг другу, спотыкаясь и падая участники бала бежали не за злодеем, а от гнева императора.

– Ты на это нас позвал посмотреть? – к Платону Зубову подошла Ольга.

– Так не должно быть… это невозможно…, – побледневший Платон был явно не в себе.

– Идемте отсюда, – подхватил их под руки Николай.

Они поехали к дому Валериана, который давно не ходил на большие приемы и балы, дабы не смущать публику костылем и протезом на ноге.

Валериан ждал их позже и по их встревоженному виду понял: на балу произошло не то, что они ожидали.

Ольга сухо, без эмоций, с ноткой сожаления рассказала, что произошло. Чего-то подобного Валериан и ждал.

– Этот ваш палач видел тебя в лицо, Платон? – приступил он к допросу.

– Конечно, видел, – Платон сел на стул, положил локти на колени и опустил голову.

– Ну, тогда нам всем нужно срочно бежать отсюда, – заключил Валериан.

– Куда бежать? – растерянно спросил Николай.

– В Берлин, Лейпциг… куда угодно.

– Погодите вы бежать, – стараясь всех успокоить заговорила Ольга, – ничего страшного пока не произошло.

Ну, видел этот «палач» Платона, и что? Его-то самого никто толком не разглядел. Даже непонятно, кто это: мужчина или женщина. А если его не найдут, то Платону и нам всем нечего бояться. Нужно просто вести себя, будто ничего не случилось.

– Да, Оля, ты права! Ничего не случилось, – воспрял духом и вскочил со стула Платон, – они его не найдут.

– Тогда, по домам? – полувопросительно предложил Николай, обрадованный, что никуда не нужно уезжать.

– А все-таки жаль, Платоша, что у твоего палача не хватило духу. Как бы хорошо все могло получиться, – с грустью сказала Ольга, не замечая предложения Николая.

– Да, жаль, – согласился Платон.

– А вы хоть понимаете, что было бы, если бы у вашего палача все получилось, и его поймали? – не унимался Валериан.

– Он бы на меня не показал, – заявил Платон, – он ненавидит императора и готов был пожертвовать своей жизнью.

– Да? И что же ему помешало? – Валериан обвел всех взглядом и, видя, что никто не собирается ему отвечать продолжил, – это было глупо.

Ни к чему хорошему подобные попытки не приведут. Тут нужно что-то другое.

– Что другое, Валериан? – раздраженно спросила Ольга.

– Пока не знаю. Думать надо.

Следующие две недели Санкт-Петербург жил своей праздничной жизнью, будто и не было происшествия в Эрмитаже. А в середине января пришло известие из Парижа о покушении на Наполеона Бонапарта.