Мышка

Та же дружба, но только теперь с чистотой и детьми.

Потрясенное лицо матери смотрело на дочь из зеркала:

– С чьими… детьми?

Кристина потянулась к ноутбуку:

– Читаю: «Белые фиалки – символ чистоты и позитивного настроя, очищают пространство вокруг себя, заряжают его положительной энергетикой. Маленький, нежный букет из белых лесных или садовых фиалок принесет радость ребенку».

Алана не смогла сдержать улыбку:

– Крисси, ты же понимаешь…

– Да-да, «он это не специально»… Тогда почему фиалки? Верней, почему постоянно фиалки, мама?

– Ну о «постоянно» пока речи нет.

– У арабов есть поговорка: «Что случилось дважды – обязательно случится и в третий раз».

– Вот и посмотрим… завтра.

Алана весело подмигнула дочери.

Сассекс, поместье Солсберри, 7 ноября, 11:00

Питер вошел в кабинет Солсберри в точно оговоренное время. Сэр Ланселот уже ждал его. Он сделал приглашающий жест рукой. Питер сел. «ДядяЛанс» постучал пальцем по столу:

– Мои юристы ознакомились с твоими бумагами.

Питер кивнул:

– Второй договор – наш с вами, личный, сейфовый.

– Сейфовый? Что это значит?

– Значит, что мы его подпишем и положим в сейф и, кроме нас с вами, его больше никто и никогда не увидит. Потому что если, не дай бог, увидит, то сядем мы оба. Я – за дачу взятки, вы – за получение.

Глаза сэра Ланселота полезли на лоб:

– Питер, ты что такое говоришь?

– Правду, сэр.

– Кто учил тебя вести переговоры? Ты шпаришь прямо в лоб… Немного дипломатичности, мальчик. Ты британец, и значит…

– Я американец. Мы так ведем переговоры и именно так приходим к успеху. Если же вас интересует британский формат, то мы сейчас рвем эту бумагу, и я, маркиз Солтлейн, даю вам честное слово, что, как только деньги поступят на наш счет, я отблагодарю вас за эту сделку, переведя лично вам заранее оговоренную нами сумму. Выбирайте.

Питер с легкой улыбкой следил за сэром Ланселотом, на лице которого отражалась нешуточная борьба.

– Значит, говоришь, никто, кроме тебя и меня?

– Так точно, сэр.

– Но ведь в случае чего я не смогу пойти с ней суд?

– Не сможете, сэр.

– Тогда для чего она нужна?

– Ну, это типа «лучше, чем ничего».

Питер забавлялся колебаниями старика. Его всегда интересовал людской выбор между безопасностью и жадностью.

– Мне нужно подумать.

– Сутки.