Восхождение в бездну

Возле стены стоят металлические омои с водой и песком на дне. Люциан сорвал пучок листьев этого растения, растёр пальцами и опустил в воду. Кровь на кулаках тут же остановилась, а вода окрасилась алым цветом. Теперь он готов вернуться в зал другим Люцианом – спокойным и молчаливым, слегка замкнутым в себе. Чувствуя себя легко, изобразил на лице такую же, как и у остальных, лицемерную ухмылку, с ней он и вошёл в зал. Он вернулся на своё место, а руки спрятал под стол.

– Всё хорошо, сын? – поинтересовался отец, заметив изменение в сыне.

– Да, всё уже гораздо лучше, – лживо улыбаясь, ответил тот.

– Это хорошо, потому что уже все собрались, и сейчас тебе должно стать веселее, – Люциан посмотрел на тронное кресло: Вирион Мироносный уже восседает за столом со всем своим величием.

– А что сейчас будет? – Люциан оглядел стол, но ни на чём интересном его взгляд не задержался.

– Как обычно, хотя для тебя всё это и не совсем обычно, – улыбнулся отец. – Танцы, песни и обсуждение важных вопросов.

– Отец, а разве важные вопросы не обсуждаются за закрытыми дверьми в более серьёзной обстановке?

– Обсуждаются, но не все. Большая часть обговаривается здесь, непринуждённо. Со временем ты это поймёшь и научишься…

– Да, конечно, – ответил он, как обычно, наотмашь, не придавая значения его словам.

– Всё, начинается. Посмотри, кто входит в зал, – отец показал на вход, и Люциан тут же затих. Там не идут, а плывут по воздуху Лилит и Немезида, а ведёт их толстая тётка-повитуха Исида в простеньком платье и фартуке, словно только с кухни.

Взгляд Люциана упёрся в образ Лилит, в его глазах она прекрасна как никто во всём мире. Её пышное зелёное платье до самого пола грациозно описывает походку, корсет стягивает тонкую талию и одновременно поднимает высокую грудь. Длинные тёмные волосы спадают на плечи переливами. Лицо по-прежнему прикрывает от сомнительных взглядов прозрачная вуаль, но через неё всё равно просматривается блеск её глаз. Люциан смотрит на неё и не может оторваться, такой красоты он не видел и даже представить ранее не мог.

Она будто сошла с небес, прекрасная и недосягаемая. Со всех сторон ощущается падкое чувство вожделения к столь прекрасному цветку, и остановить это невозможно, пока она незамужняя. Он прекрасно понимает, что своей силой может переломить любого, но перед Лилит он готов пасть на колени и целовать землю под её ногами. Она плавно села на своё указанное место и смущённо прижалась к отцу.