Магистр Великого Двора. Потерянные пути

Немного согревшись, спутники приступили к еде – хлебу и сушеным фруктам, – чтобы хоть немного утолить дикий голод от пережитого за несколько часов побега.

– Кортагар, что это? – Янали сверкнула усталыми глазами. – Ты же сказал, что оставишь кошель в замке!

– Какой кошель? – Смутился Кортагар, когда нащупал на поясе тяжеленный кожаный кошель с приметным вытесанным на лицевой стороне знаком Великого Магистра. – Я оставил его на столе. Клянусь Небесами, Янали.

– Оно и видно, что клятвы твои ничего не стоят. Постой, – привстала Янали, – Он полон.

В нём ничего не было, что ты туда положил?

– Да ничего я туда не клал! И не брал я его, – Кортагара начинало раздражать, что его так часто записывают то в хороших, то в плохих парней. – Держи, – Кортагар сунул Янали кошель в руки, – Раз тебе он так нужен и мне ты не веришь. Сама оставь его, где захочешь. А потом посмотрим, удасться тебе от него избавиться или нет.

Янали сидела с кошелем в рукам и осторожно его ощупывала.

– Внутри что-то появилось. Ты точно его не открывал? – Снова этот осуждающий взгляд.

 – Хотя не мог ты его открыть, если он не твой. А я смогу его открыть? – Янали потянула за завязки, но они прокрутились через узел и остались завязанными. – Интересно, – подняла бровь матушка, – А ты можешь?

Кошель вернулся Кортагару.

– А я не хочу!

– Не глупи, – насела Инлайс, – Янали верно говорит: если кошель не твой, то и не вернулся бы к тебе. А если вернулся, то – твой, и только ты можешь его открыть. Хотя, конечно, я не могу найти ни одной причины, почему кошель достался именно тебе.

Кортагар смерил недобрым взглядом обеих и со вздохом взялся за завязки. А завязки будто и не крепко стянуты были – прошли через узел и отпали. Дрожащей рукой и под пристальным взглядом склонившихся над кошелем сестриц, Кортагар запустил туда руку, ожидая, что его или ударит молния, или, чего хуже, завоет сирена, а на поляну откроется портал и выпустит их преследователей во главе с теми неприятными женщинами Наместника.

Внутри были шершавые и холодные то ли свертки, то ли камни.

И один за другим Кортагар достал их и положил на ближайшем широком камне.

На плоской поверхности лежали несколько камней разной формы и природы. Какие-то были покрыты засохшей грязью, а один обернут в тряпицу.

Сестрицы несколько раз осматривали камни, но не смогли понять, что это могло бы значить.

– Они не магические, – подытожила Янали, – я ничего не чувствую. Проверять силой не буду, но отклика никакого нет.