Чаша судьбы

Но в тот день, когда на свет появились близнецы – сыновья Финварры, – она явилась ко двору, чтобы взглянуть на них, и осталась очень довольна увиденным:

– Воистину, благословен этот час! Ибо вижу я отметины, о которых говорила Прародительница. Помяните моё слово: оба этих мальчика станут королями.

И задумчиво добавила, глядя на того близнеца, у которого были белоснежные волосы и кожа:

– А этот как будто бы мой…

– Дитя – не зверь и не птица, он не будет посвящен тебе, – возразил Финварра, но Калэх лишь рассмеялась в ответ.

– Наши нити уже сплелись. Посмотрим теперь, какой узор из них сложится.

И тогда Финварра изгнал зиму из своих земель. Он запретил даже упоминать имя Калэх в своем королевстве. Но судьба распорядилась иначе: подросший принц нашёл портрет королевы Зимы и влюбился в неё без памяти. Финварра, поняв, что сын его может умереть от тоски, скрепя сердце, разрешил ему отправиться на поиски возлюбленной – на дальние северные острова, в самое сердце густых туманов. Вместе с юным принцем Каллаханом в плавание отправился его кузен Шон, а брат-близнец Браннан остался с отцом, чтобы на случай, если Каллахан не вернётся, у короля Финварры остался хотя бы один наследник.

Долгим и трудным было их путешествие, но вот, пройдя все испытания, они прибыли на зачарованный снежный остров. Калэх сама встретила их на пороге своего замка.

– Я знала, что ты придёшь, – сказала она Каллахану. – Так уж соткалось.

– Выходит, мы и впрямь предназначены друг другу? – обрадовался принц.

– И да, и нет. Ты всё сам поймёшь, если поживёшь немного тут, со мной, и задашь свои вопросы. Но знай: я буду отвечать лишь на один вопрос в день.

Каллахан с радостью принял её приглашение.

– Говорят, ты убила моего деда, будучи в сговоре с Медб, – спросил он в первый день. – Зачем?

– Нетрудно сказать, – усмехнулась Калэх. – Его правление сеяло хаос в эльфийских землях. Очень скоро стало бы не два королевства, а четыре. Потом восемь. Двенадцать… И эльфы больше никогда не смогли бы верить собратьям.

– А для чего ты освободила Бэлеара? – спросил Каллахан на заре второго дня. – Разве он не враг тебе и всем нам?

– Именно поэтому и освободила, – Калэх тряхнула тяжёлыми косами, чёрными, как сама ночь. – Эльфам нужен неприятель, иначе они пожрут самих себя, опьянённые радостью битв.

– Почему тогда фоморы не нападают? – спросил принц на третий день.