Золотая коллекция. Звуки Припяти

Подробности объяснять?

– Нет, – сказал Марк, а Орех мотнул головой.

– Вот и прекрасно. Потому что если бы вы не поняли смысла моего простейшего требования, экспедицию можно было бы заканчивать не начиная. Завтра к восходу солнца я приду на границу с Рубежом с двумя парнями. Хорошими, надежными. А вы оба помните, что я вам сказал. Есть вопросы?

– Нет, – ответил Марк, слегка улыбаясь.

Борланд словно не заметил улыбки:

– Отлично. Тогда расходимся.

– Расходимся, – повторил Марк и поправил рюкзак на спине.

Орех приготовился последовать за ним.

– Удачи тебе, сталкер, – сказал он Борланду.

Вдали раздался звериный рев.

Сталкеры быстро повернулись в ту сторону.

– Что это? – спросил Орех дрогнувшим голосом.

– Не знаю, – ответил Борланд, озадаченно осматривая холмы. – Но мне это не нравится. Ну что, исследователи? Хотели изучить Зону? Вот вам и шанс.

Рев за холмом сменился урчанием. Орех положил руку на автомат, Борланд коснулся пальцами рукояти ножа. Марк сделал шаг вперед и в следующую секунду увидел зрелище, от которого все внутри словно стало скручиваться в тугой узел.

Мягко ступая, на ближайший холм взошла огромная монстера. Она царственной походкой двигалась к сталкерам, не приминая ни травинки на своем пути. И остановилась метрах в пятнадцати от них, глядя на Марка большими зелеными глазами.

Орех еле слышно охнул.

– Все стоим на месте, – прошептал Борланд, крепко сжимая бесполезный нож.

Марк почувствовал, что земля словно уходит у него из-под ног.

Монстера открыла пасть, продемонстрировав острые клыки. Затем снова извергла страшный рев. Орех закрыл глаза и упал на колени, тяжело дыша. Борланд стиснул зубы. Марк не выдержал, отвел взгляд и закрыл лицо руками в ожидании нападения.

Взмахнув хвостом, монстера развернулась и вскоре исчезла в чаще чернобыльских покореженных деревьев.

Глава 5

Сенатор

Над Рубежом взошла полная луна. На севере протяжно завыла слепая собака, потом к ней присоединились другие, и вой реквиемом разнесся над лесом. По какой-то причине пресловутая реакция волков на луну, укоренившаяся в народных преданиях, перекочевала в гены чернобыльских псов, слаженность завывания которых могла посоперничать с синхронностью поворотов рыб в море.