Новая Зона. Вертикаль власти

Однако ученым Борланд не верил так же, как и всем остальным.

– Это не тюрьма, – сказал Борланд. – Это психушка.

– Да какая разница? – уныло проговорил Тигран. – Все равно свободы нет.

– Я о том же. Зачем нас тут держать? Кому мы все нужны?

– Не вникай, Алексей. Ты сам сюда как попал?

– Решил не убивать в одно время одного человека.

– Какого?

– Нехорошего… Брат, мне надо поговорить со старшими.

– Нельзя, пока тебя не поприветствовали, – ответил Тигран. – Ты не торопись. Жди, сами придут.

Тогда и будет ясно все.

К ним подошел неизвестный бродяга.

– Тигран, – свистнул он. – Можно тебя?

– Да. – Армянин поднялся. – Что такое?

Бродяга шепнул ему что-то на ухо, показывая на Борланда. Тигран выслушал, кивнул и вернулся на свое место у стены.

– Все в порядке? – спросил Борланд.

– Да… Я только что узнал. К тебе придут после прогулки. Через час, наверное.

– Вежливо придут?

– Этого я не знаю. Желаю удачи. Надеюсь, поприветствуют.

– Спасибо.

 – Борланд чуть прикрыл глаза и принялся ждать. Кто бы к нему ни пришел, ни к чему было пропускать прогулку. Хотя на деле здесь никто попусту не расхаживал. На «Вертикали» было грустно в плане физической нагрузки. Нагнетают воздух с поверхности – уже хорошо.

– Если что, не суетись, – шепнул Тигран. – Главное – заслужить приветствие…

– Да, Тигран, я понял. Спасибо. Мне надо подумать.

Борланд продолжал смотреть на одну из противоположных камер.

– Кто тот бродяга в третьей? – спросил он.

 – По нижнему уровню.

Тигран всмотрелся.

– Не знаю, – покачал он головой. – Вроде не новый… Да, он давно здесь.

– Мне кажется, я его видел раньше, но отсюда лица не разберу.

– Не ходи туда, – предостерег Тигран. – Там клан «семигранников».

– Клан кого?

– Бывшие военсталы. Здесь им была бы сразу смерть, если бы они не стали объединяться. Они ни с кем не говорят. Если ты просто пройдешь мимо их камер, будут неприятности.

– Военные сталкеры? Это не они Геворгу вилку подбросили?

– Я не знаю.

Безуспешно напрягая память, Борланд смотрел на еле движущуюся фигуру. Он мог лишь сказать, что человек был немолод, полностью лыс и почти никогда не выходил из камеры – по крайней мере когда его могли увидеть сталкеры с верхнего этажа.

– Где же я тебя видел? – пробормотал Борланд. – И когда?..

* * *

– Это какая-то чушь, – говорил кто-то, но Левин уже не интересовался, кто именно.