Краш-синдром

Похоже, прибавить к своему описанию девчонка больше ничего не могла. Я вытащил сианофон, не обращая внимания на удивленные глаза напарницы. Вызвал карту, посмотрел на иконку с именем «Тимур». Действительно неподалеку – в небольшом сквере к северу. Кто-то хотел вызвать меня таким загадочным способом?

И, похоже, без эмпатии я даже не соображу, игрок это или бот. Не исключено, что без этого навыка я не способен распознавать даже знаки на карте как следует.

– Давай сходим, – решил я. – Не возражаю.

– Ура, – притворно захлопала Лиза.

 – У нас важная миссия! Версиана позволит нам социализироваться!

– Не похожа ты на социализированную гражданку, – признался я, глядя на ее чересчур фриковый вид.

И сразу пошел к выходу из кафе, чувствуя, как мою спину буравят обиженные глаза.

На улице я не спеша окинул взглядом окрестности. Город как город, ничего особенного. Мимо пронеслась какая-то коричневая машина, по встречке. По пути она свернула на тротуар и переехала прохожего.

Лизка вскрикнула.

Тело пострадавшего пропало секунд через восемь. Покойник снова материализовался – живой и здоровый, с недоумением глядя на оставшуюся валяться сигарету, которая была точной копией той, что он держал в руке.

– Нравится? – спросил я.

– Нет, – нервно ответила девчонка. – Что за беспредел творится?

– С утра было хуже, – утешил я. – Тогда всех подряд давили.

Пиво придало мне бодрости, но не настроения. Я шел по Новокузнецкой на север, поглядывая на карту.

– Это мерзко, – говорила Лиза.

 – Зачем заходить в игру, чтобы давить людей?

– Очевидно, в настоящей Москве это сделать не так легко, – ответил я. – Каждый развлекается, как хочет.

– А что ты, в живой Москве в кафе посидеть сам не можешь? Потому и торчишь тут?

– У каждого свои недостатки.

За следующие три минуты, что мы двигались по улице, мы не увидели ни единого трупа. Даже странно. Видать, у воинов света обеденный перерыв.

– Вот он, – указала Лиза на забор.

И когда это сквер Ополченцев Замоскворечья успели обнести забором? И главное – зачем?

Площадка по размеру сильно уступала рядовым пятачкам для скейтбордистов, причем не в самых лучших районах.

Монумент в центре в окружающую обстановку вписывался отлично – недаром был ее самой важной частью. Мы прошли через распахнутые ворота на практически пустую территорию, если не считать одинокого человека, сидящего на скамейке.

И без всякой эмпатии я мог бы сказать, что это точно не игрок.