Бета-тест

– Внештатный журналист, – прочитал я.

– Что? – удивился Джек.

– Требуется внешний журналист на удаленке, – продолжил я вглядываться в буквы. – Других данных нет. Только кнопка «Принять». И цвет у нее пурпурный.

– Цвет вакансии показывает примерный уровень опыта, – разъяснил Джек. – И сразу же – сложность работы. Твоя работа может быть не то что непростой, но неоднозначной. В выполнении заданий придется проявить творческое начало.

– В реале хватало. – Я набрал воздуху, как перед прыжком в бездну.

И ткнул «Принять».

Экран расступился, и послышался голос Камиллы:

– Ваш запрос принят. Вы выучили профессию «внештатный журналист». Запуск стартового сценария.

Продолжая разрастаться, экран распался на обилие светлых песчинок, разлетевшихся метров на триста, чтобы исчезнуть без следа. Медведь озадаченно покрутился, наблюдая за анимацией.

– Вы все это видели? – спросил я.

– Ага, – ответил Джек. – Мы же в группе… Только что это было? Где твой сценарий?

– А как он вообще выглядит?

– Ты должен был получить вызов в приватную комнату Версианы, принять приглашение, уйти в фазу, – проговорил Бурелом.

– Со стороны смотрится так, будто тебя телепортировало в замкнутое помещение, – пояснил Джек. – И там ты должен был встретить НПС-работодателя, поговорить, взять символическое задание. Минуты три хватило бы на брифинг, а то и на исполнение. Но ты почему-то здесь. Может, ты не принял инвайт?

– Да нет же, – пробормотал я.

– Да ни фига, – возразил медведь, оглядывая Кутузовский. – Здесь даже юниты не обновились. По улицам бродят те же рожи, что и минуту назад. И тачилы прежние катаются. Мы все еще в Версиане.

– Разве что мой сценарий происходит в обычном мире, – догадался я и принялся изучать свое непосредственное окружение.

Джек и Бурелом решили мне не мешать. Я же внимательно смотрел на все вокруг, подмечая всякие мелочи. Несмотря на боль в животе, меня подогревали азарт и близость пока что непонятного мне расследования. Нахожусь в игре от силы час и уже собираюсь искать нетипичные по местным меркам детали.

Итак, я в открытом сценарии внештатного журналиста. Нет задания, нет намеков, нет ровным счетом ничего. И все же меня выпустили в поле.