Антанта

Арсений ощутил легкое удовлетворение. Двинулся прочь от гондолы, гадая, что будет делать, если ей внезапно приспичит покатиться с тросом наверх. Вроде бы у канатной дороги должен иметься какой-то график. Арсений что-то такое смутно помнил по обрывистым сплетням в центре. Но так и не удосужился разузнать все в деталях.

И какой черт его дернул отправиться на работу в Ликан без нормальных гарантий? Все организовано через заднее место, совсем как на Большой земле…

– Ты уверен, что идешь в нужную сторону? – спросила Катя.

– Я иду по тропе, – озвучил Арсений очевидную вещь. – Есть возражения?

– Там впереди вода.

– Тогда придется замочить боты.

– Я не об этом, – сказала Катя. – Матыра протекает в другой стороне.

– Рельеф же поменялся, – напомнил Арсений. – А ты вообще уверена, что мы высадились возле реки? Здесь же ни черта не видно.

– Там, в кабинке, висела карта, – спокойно уведомила Катя. – У тебя разве ее нет? Ты вроде готовился, сколько там недель?

Арсений остановился, медленно прикрыл глаза.

– В Ликане составить точную карту невозможно, – сказал он тоном терпеливого учителя. – Хотя бы потому, что нет ориентиров. Здесь странно работает компас. Прежние карты неактуальны. Для того тут и существуют проводники.

– И потому ты бродишь здесь без проводников, – закончила Катя за него.

Арсений постоял немного, попутно обнаружив, что за короткий путь успел сбить дыхание. Катя же совсем не проявляла усталости. В попытке успокоиться парень примиряюще усмехнулся.

– Ладно, мы оба ни черта не знаем про это место, – сказал он. – Может, сами сообразим?

– О чем ты?

– Ты говорила, что жила здесь. Ты же из Липецка? Должна знать эти края. Где мы сейчас можем находиться?

Арсений зашагал дальше, чувствуя, как Катя идет следом.

– Если мы заходили на запад со стороны бывших Грязей, то сейчас где-то рядом с Экономкой, – сказала она. – Хотя движемся на Фащевку. Что-то вроде закрытого поселка.

– Что вообще было в этих краях такого интересного?

Арсений особо не ждал ответа на свой же вопрос.

– Да ничего здесь не было, – раздался голос девушки спустя минуту. – Все как всегда. Деревни, где живут одни старушки. Речка, в которой нельзя купаться, с рыбой, которую запрещено ловить. Лес, где только нагонишь депрессию.