Кровь огненного бога

Лестер кивнул и, не попрощавшись, двинулся за Мулкусом. Торбор молча пустился следом.

К вечеру отряд достиг макушки перевала – довольно ровной каменистой площадки с тремя пахучими соснами посередине. Впереди виднелся следующий перевал – тот самый, – укутанный большим светлым облаком, точно одеялом. Солнце щурилось, скрываясь за горами. Быстро подступала ночь, чтобы на несколько часов завоевать окружающий мир.

Разбили лагерь, но разжечь костёр не рискнули: слишком высоко, видно будет издалека. Поужинали вяленым мясом и сухарями, запивая водой, набранной из горного источника.

Дождавшись, когда Лестер и Мулкус уснут, Торбор напряг слух. Его дыхание стало ровным, а движения – плавными. Он знал, что бесшумно подкрасться к лагерю в ночной тиши невероятно трудно: выдаст или оступившаяся нога, или сопение, или одна из частей тела зацепится за что-то острое…

Первый час прошёл спокойно, но затем с той стороны, откуда они поднялись, послышался крик и неизвестно кто заторопился к месту их привала.

– Тревога, – ровным голосом сообщил Торбор, но этого было достаточно, чтобы его спутники проснулись и приготовились к схватке. Сам северянин заслонил вход на площадку, обнажив длинный прямой клинок. Но вскоре он отступил в сторону, пропуская кого-то. Это был Агас, запыхавшийся, с круглыми от страха глазами. Он проскочил вперёд, ведя в поводу судорожно всхрапывающего коня.

– Ого! – вскрикнул Мулкус и опустил лук, заряженный стрелой.

– Там, медведь, большой! – мальчик указывал рукой в темноту. Его грудь вздымалась, как подгоняемые ветром волны.

У входа на площадку послышался шум, который тут же резко прервался. Медведь, Лестер хорошо его видел, остановился, наткнувшись на Торбора. «Уходи. Не стоит…» – подсказало зверю его чутье. Зверь задумался – надо ли рисковать?.. Он был не настолько голоден, чтобы очертя голову броситься на столь грозного противника.

– Всё, сбежал, – сказал Лестер и посмотрел на Агаса: – Ты как здесь оказался?

Мальчик, понурив голову, молча стоял перед взрослыми.

– Ладно, поешь и ложись спать. Поведаешь утром, – взяв поводья из рук Агаса, Лестер отвёл и привязал его коня рядом с тремя остальными. Потом, освободив рот скакуна от удил, надел ему на морду небольшой мешок с овсом. Конь довольно захрумкал.