Обреченный на скитания. Книга 8. Рудник ассанитиса

– А гнилой Хар клялся, что не тронул её, он-де божьими людьми не пачкается, а тут, вишь ты, чо?! – разглагольствовал второй из двойников. – И сам, поди, попользовал, и сказочку придумал про юродивую, чтоб мы не трогали. Ну, да за обман ответит, падаль!

– Точно! – кивнул первый, по-хозяйски вваливаясь в забой и поставив свой фонарь на нары. – Ну чо уставились? Всё, господа дворцовые, свиданка окончена!

– Саша, не нужно, – прошептала Веста, наконец, отпустив меня и делая шаг в сторону. Девушка явно почувствовала моё возмущение.

«Не нужно», – беззвучно повторили её губы.

– Чо, живой, что ль? – Кувалда подошёл поближе и ткнул в меня увесистой дубинкой. – Во, бугай-то, а? Тот, что сбегал, вроде как, похилее был? – с сомнением проговорил гном и, почесав затылок, повернулся к напарникам.

– Да какая тебе разница? – хмыкнул первый. – Деньги-то при тебе остались, и ладно. Веди его к Гафлеру, а мы пока тут подождём, – надсмотрщик мерзко оскалился на Весту, – потолкуем о способах ле-че-ни-я.

– Ну, чо стал?! – Кувалда обиженно набычился.

– Да пошёл ты! – в тон ему отозвался я.

Хотя цепь на ноге и ограничивала мои манёвры, но не до такой степени, чтобы не справиться с тремя мерзкими лилипутами, пусть с дубинками и с размахом плеч в пол-аршина.

– Чо ты сказал?! – Мароец Кувалда резко взмахнул увесистой дубиной, явно метя мне по самому дорогому для каждого мужчины.

Но вот беда, я-то уже был готов к нападению! Поворот корпуса, жёсткое ускорение нападающему в направлении замаха, и гном с отчётливым хыком врезался боком в стену.

– Чо творишь, тварь пещерная?! – взревел Мароец, поднимаясь. – Не тронь! Я сам эту мразь прикончу!!!

Но крик Кувалды остался неуслышанным, и оба его напарника одновременно кинулись на меня. Мне пришлось делать почти танцевальные па, сталкивая их лбами и отправляя в полёт. Одного – в дальний угол, другого – на выход. Последний, чертыхаясь и кубарем вылетая из забоя, крайне неудачно споткнулся о мою цепь, и от резкого рывка я тоже чуть не рухнул вниз.

– Сашенька! Не нужно, – проговорила Веста, – они бы ушли.

– Эти – вряд ли! – криво усмехнулся я, глядя на принцессу.

Перетекать в боевую ипостась я пока поостерёгся, хорошо помня ту боль, что принесло мне это действо в последний раз. Да и металлический ошейник на шее мог доставить лишние неприятности, а то, и вовсе задушить.

Моя улыбка Весте стоила мне удара по почкам.