Обреченный на скитания. Книга 7. Все дороги ведут в Ориакс

Верней, как оказалось, демонессы. Значит, на весь бой ушло несколько секунд.

– Алекс-быш, прошу извинить за недоразумение, – раздался под сводами зала мужской голос демона, невозмутимо восседавшего на троне.

Адреналин от боя не давал сосредоточиться. Я утробно рычал, готовый в любую секунду прикончить пантеру-переростка. С моего носа на лицо поверженного врага капала кровь, отвлекая своим хлюпаньем, левое плечо нещадно пекло. Зараза зубастая! В тишину зала ворвались звуки дыхания моих спутников, стон Крега.

«Опять сам развлекаешься?» – укоризненный голос Первого.

– Владыка? – восклицание Идара.

– Алекс? – мастер Юл.

Вздохнув, я отодвинул напряжённо подрагивающий шип от глаза зверя.

– За мной долг жизни, – хриплый голос демонессы.

Сойдя с груди распластавшейся пантеры, я направился к трону, перетекая в человеческое тело.

– Варун, осмотри Крега, – распорядился на ходу, окинув взглядом лежавшего около противоположной стены безликого. Парню досталось «по самое не могу».

Накрутил на ладони руны молний, протянув направляющие к восседавшему на троне демону. Теперь только при намеке на агрессию с его стороны, я его испепелю.

Идар с Юлом догнали меня и пошли рядом. Остановились около пьедестала. Демон поднялся с трона и начал спускаться к нам. Это был мужчина средних лет, крепкий, с волевым лицом и проницательным взглядом.

– Это недоразумение, – говорил он на ходу, – виновная наказана, – кивнул он за мою спину.

Секунда, чтобы осмотреться не поворачивая головы, используя визуализацию. На месте пантеры-переростка лежала обнажённая женщина, в позе зародыша, со стоном прижимая ладони к животу. Под ней растекалась лужа крови.

– Жду объяснений, – тяжело проговорил я, медленно убирая каплю крови со своего носа.

– Конечно, – хозяин остановился напротив, – ты не похож на демона. Бальжим ошиблась. Ты справедливо наказал её.

– А ничего, что пострадал мой воин? – спросил я, глядя демону в переносицу.

– Десять золотых и пять девственниц. За неучтивый прием.

Во мне стала вскипать злость на этого отморозка, который оценивает человеческую жизнь в золотых и невинных детях.

«Не кипятись, – успокаивающий голос Первого, – просто убьём его. Это будет справедливо».

«Убьём, но не сейчас», – ответил я коту, стараясь успокоиться.

«Думаешь, он даст такую возможность во второй раз?» – скептически спросил Первый.