Обреченный на скитания. Книга 2. Графство пограничья

Притащив из леса бревно, я положил его около костра и сел.

– Ну что, хозяюшка, получается? – спросил я. Довольная Милёна, помешивала варево в котелке:

– Ещё как! У тебя отличные запасы. Что это за плоды? – только теперь я увидел, что девушка раздербанила сухпаек Древних, и видимо использует его для приготовления еды.

– Сушеные лягушки, – буркнул я. Милёна прыснула.

– Они не такие! – смеясь, сказала она. – Это плод, вот только не пойму чего. В этом точно нет мяса.

– Я тоже не знаю, да и какая разница? Вкусно, питательно и хорошо.

– Вкусно говоришь? Там ещё осталось, можешь погрызть, – хмыкнула девушка.

– Спасибо, я уже пробовал.

– Ну, вот и все, – сказала она, снимая котелок с огня, – пусть остынет. Пойдём умоемся?

– Пошли, – обжигаться кипятком мне совсем не хотелось. Да и не купался я уже прорву времени. Воняю, как хряк в период гона. Я достал из рюкзака банное полотенце и мыло с мочалкой. Милёна удивлённо посмотрела на меня. Все-таки хорошо я затарился в хранилище! Хоть какой-то кусочек цивилизации.

– Что это у тебя? – поинтересовалась девушка.

– Мыло и полотенце. А что?

– Так, ничего. Просто, у нас оно очень дорого стоит. А ты с собой его в поход носишь. И завернуто оно у тебя чудно.

– Привыкай к чудесам!

Я поспешил к воде. Девушка тут же пошла следом.

Подойдя к воде, Милёна стала раздеваться. Видимо, нижнего белья у них не существовало в принципе. Сняв курточку, рубашку и штаны она осталась совершенно нагая. Вот тут-то я заценил её формы! Вид у меня был обалдевший, а Милёна кокетливо улыбнулась, плавно потянулась своим точёным телом и, запрокинув руки, распустила тугой пучок шикарных волос:

– Ну? Ты идёшь? – промурлыкала она.

– Ты, конечно, богиня. А, ничего, что ты перед чужим мужиком голая?

– Мне нечего стесняться в своём теле. Или оно тебе не нравится? – хитро прищурилась девушка.

– И что, мне тоже раздеться?

– Можешь купаться в штанах, – усмехнулась Милёна. Зайдя в воду по щиколотку, бросила через плечо: – Хотя это глупо.

А, плевать! Чего это я, в самом деле, стесняюсь, как кисейная барышня? Быстро разделся и, улюлюкая, бросился в воду. Милёна взвизгнула, стараясь закрыться от брызг, поднятых мною.

Мы плескали друг на друга водой, ныряли и смеялись, как дети. Потом мы с ожесточением тёрли друг друга мочалкой. На душе было легко и весело. Не было чувства стыдливости, а только ощущение свободы и радости! Давно я так не отдыхал.