Обреченный на скитания. Книга 1. Мир которого нет…

Отстранившись от принцессы, Менелтор помотал головой, приводя слух в порядок. Из руки лилась кровь. Он достал носовой платок и замотал руку. Попытался наложить исцеляющее заклятие, но в голове стоял шум и ничего не вышло. Махнув на это рукой, решил сначала разобраться с личным составом.

Невдалеке поднимались эльфы, ругаясь и отряхиваясь. Никто не пострадал, это хорошо. С другой стороны, сквозь пыль он увидел лучника, кажется Ахтой. Он шёл, прижимая к груди руку. Лук был переломан пополам. Ахтой грязно ругался, Менелтор повернулся к Анариэли:

– Как ты? – спросил он.

– Такого не может быть! – выдавила она из себя, – я не могла промахнуться с 20 метров. Это же просто человек…

В глазах у неё стояли слезы.

– Анариэль, успокойся, это – не простой противник, а ,скорее всего, архимаг. Пойдем отсюда, тут грязно и мусорно, успокоимся и решим, что делать дальше.

Анариэль покорно встала и пошла за Менелтором, а у того сжалось сердце от жалости к Анариэль. Похоже, он все же любил её. А она чуть не погибла.

Тут Менелтор почувствовал легкое покалывание. В кармане сработал амулет–разговорник. Достав его и сжав в руке, сказал:

– Это Менелтор, слушаю.

– Это Сунебнут, – озабоченно прозвучало из амулета, – что у вас произошло? Мы слышали взрывы.

Менелтор облегченно вздохнул. Разговаривать с владыкой сейчас совсем не хотелось.

– Все живы. Чужак ушел в Проклятый лес. Все выдвигайтесь сюда. Мы в Гнилой балке, конец связи.

– Хорошо, выходим! – ответил Сунебнут и амулет отключился.

«Да, дело приобретает очень плохой оборот», – подумал Менелтор и пошёл к воинам, расположившимся неподалёку.

Проклятый лес.

Алекс.

Бежал я долго и быстро. Страх – очень хороший стимул. Деревья слились в одну темную полосу. Понемногу страх отступил, и я выпал в реальность. В прямом смысле – выпал. Я лежал на спине, судорожно глотая колючий воздух. Казалось, сердце выскочит из глаз и ушей. Все внимание сосредоточил на дыхании. Катастрофически не хватало воздуха.

В районе груди появилась жгучая боль, которая растекалась по всей груди, пошла вниз, обожгла таз, дошла до коленей. Сознание плыло. Остановилось. Зафиксировал состояние. Начало понемногу проясняться в глазах. Дыхалка заработала ровне. Уже было просто тяжело дышать.

Не чувствуя своёго тела, лежал и улыбался. Одно было несомненно – я жив и, похоже, меня не догнали. Дыхание понемногу успокаивалось, и начало появляться ощущение тела, правда, несколько болезненное.