Разбитое стекло

– Не знаете, глубокое это озеро?

– Вроде бы местами – да, но я не большой знаток российской природы, – ухмыльнулся Макс, – я по Таиланду специалист. Про Тай можешь спрашивать что угодно – все знаю. Ничего, что я на «ты»?

– Ничего, я сама не очень люблю церемонность. Если бы мы были на работе, другое дело, а здесь хочется расслабиться.

Аня глубоко вдохнула. Все-таки в воздухе уже стали появляться первые нотки осеннего аромата. Она очень любила это время года – момент плавного, осторожного перехода лета к осени и его увядающие, немного грустные запахи.

– А мне нравится наша природа, – сказала Аня, – правда, прямого соприкосновения с ней я тоже не люблю. Панически боюсь клещей и вообще насекомых. Другое дело – жить в комфортном доме и каждый день любоваться таким пейзажем.

– Да, в этом есть своя прелесть, – согласился Макс, – тебе понравился дом?

– Очень! – воскликнула Аня. – Просто дом моей мечты. Альберт Валентинович, наверное, одобрил эту покупку?

– Вообще-то этот коттедж он Владу и Юле подарил, а ты разве не знала? Вы же с Юлей подруги?

– Она упоминала, что дом приобретен благодаря Альберту Валентиновичу, – принялась оправдываться Аня, – но мне показалось неудобным выспрашивать подробности.

Аня чуть не провалилась, еще чуть-чуть, и вся их легенда о том, что они с Юлей подруги, полетит к черту. Как бы еще не назвать ее на «вы» случайно… Они ведь эти детали специально не обговаривали, все собирались обсудить на месте. Аня не ожидала, что Юлии не окажется дома.

– Я так понимаю, что Альберт Валентинович непререкаемый авторитет в семье?

– Правильно понимаешь, – кивнул Макс, – и терпеть не может ждать даже полминуты. Так что если ты надумала покататься, то пошли вниз, иначе мы не успеем к обеду.

– Нет, не надумала, – покачала головой Аня, – во всяком случае пока. А когда обед? Мы же вроде только недавно перекусили.

– Обед в два. К этому времени все должны быть дома.

– А ты хорошо знаешь Влада и Юлю?

– Я их совсем не знаю, – усмехнулся Макс, – представляю, какие мины у них сейчас будут.

Анины щеки залила краска. Но даже не от того, что она услышала, а от того, что не смогла найтись, что ответить, ведь такая мысль посещала и ее.