Новый Восток

– Ага, – подтвердила Мика, все еще глядя вверх, – звезда упала, а я не успела загадать желание!

– Звезда?! Звезда?! Мика, ты рехнулась, – в голосе Арсы послышались легкие истерические нотки, – какая к черту звезда! На нас чуть не грохнулся огромный метеорит, пылающий как геена огненная!

– Не думаю, что оно именно пылало, цвет-то был зеленый! – Энтони влез в спор, вопреки своему обычному молчанию, – ты часто видела зеленый горящий метеорит, да и вообще…

– Стоп, – Гиус поднял руку, и ребята резко замолчали, – что-то не так.

Давайте-ка, поочередно выскажемся и сведем к общему знаменателю все что имеем. И вернемся сначала в парк, там посидеть можно.

Когда молодые люди снова разместились на скамейках, на этот раз трое сели на одну, прижавшись, друг к другу, а Гиус скрестив ноги по-турецки, сел прямо на землю, чтобы видеть лица собеседников, сняв при этом плащ и перекинув его через руку

– Я видела, как над нашими головами пролетел здоровенный метеорит, – Арса начала первой, – он горел, собственно, как ему и положено в нижних слоях атмосферы, и я была уверена, что это подарочек сейчас свалится на наши головы.

Огонь, кстати, по моему убеждению, был обычный, желто-оранжевый, только почему-то я видела хвост, как будто дым за метеоритом застывал, но это не возможно!

Гиус согласно кивнул и задумчиво повертел сигарету.

– Я соглашусь с Арсой, – Мика от нетерпения подскакивала на скамье, – кроме одного! Цвет пламени был сине-красный, и он окутывал падающий объект как ореол, а не как пламя.

И цвет дыма был странный – голубовато-зеленый.

– Любопытно, – задумчиво протянул Энтони, – для моих глаз голубовато-зеленым как раз было свечение самого объекта, а дым как дым, немного белесый с сероватыми оттенками, только он как будто изнутри светился.

Все замолчали, каждый обдумывал услышанное и увиденное. Гиус, докурив сигарету до фильтра потянулся сразу же за новой, сделал пару затяжек и тихо произнес:

– Я вообще не видел ни хвоста, ни огня, ни ореола.

Мне казалось, что по небосклону прошел глубокий разрез, словно раскаленным мечем, прорезали ткань. Ткань пространства…

– Боже, ты опять за свое! – Мика наморщила носик, но Арса пресекла ее возмущения тяжелым взглядом, от которого даже у Гиуса мурашки побежали по коже. Он никогда не мог понять, откуда у столь милой девушки такой суровый взгляд инквизитора.

– Подведем итог, – вздохнул Гиус, – все мы что-то видели. Это факт.