Заражение

Она посмотрела на него внимательно – в холодной синеве зачинающегося утра ее глаза выглядели огромными и прекрасными, как и тогда, в день их знакомства в студенческой общаге МГУ на праздновании первокурсников. Лена поступила на педагогический, а он уже был на третьем курсе биологического. Его притащил на кутеж друг, Сева Воронов, который сейчас стал зам министра здравоохранения.

– Леня, точно ничего не случилось? Ты обещал на выходных съездить в Москву, пора и гардероб немного обновить к зиме…

– Абсолютно ничего.

Она знала. Она помнила.

– Да, – сказала она. – Иди. Звони по возможности. Или хотя бы пиши в Ватсапп.

– Обязательно, дорогая, – он обошел кровать, наклонился и поцеловал ее в сухие теплые губы.

Ни через пару секунд, ни через десять, и даже через минуту дверь кабинета не отворилась. То ли охранник отвлекся, то ли действительно был глуховат, но даже стука шагов они не услышали.

– Что… что они там говорили? – пересохшими губами спросил Золотов. – Только не включай так громко, черт… как же я испугался… – С его лба стекала крупная капля пота – виски, затылок и шея были мокрыми.

– Они не говорили. Они мычали что-то нечленораздельное. Малек, ламолек, что-то такое…

– Они помешались? Кто их отбирал? – Трошин наклонился над экраном. – А это кто там? – он показал пальцем за кулису, которая волновалась, выдавая очертания человека.

– Сейчас попробую камеру найти другую, по идее на сцене есть еще одна… – через минуту изображение сменилось широкоугольным, охватывающим сверху как саму сцену, так и то, что творилось за кулисами и даже часть зала.

– Вон он. Да, – палец Трошина скользнул влево. Там стоял человек в зимнем спортивном костюме. В руках его была спортивная сумка.

– Но это же… – Трошин не договорил. Все и так знали, кто это, и в представлениях он не нуждался – могущественный, опасный и преданный Ренат Газзаев, начальник службы безопасности НИИ.

Автоматически он наполнил стакан виски и залпом опорожнил его.

– Не пейте много, – посоветовал Лукин. – Вам потребуется хорошая координация, если мы действительно хотим обезвредить того парня за дверью.

– Я и не пью, – огрызнулся Трошин. Действительно, судя по его виду, он был трезв.