Майнеры

У семимиллиардного младенца есть какие?то льготы?

– Я думаю, ему… то есть ей, вполне хватит хороших папы и мамы, чтобы о ней позаботились.

Она помолчала. Конечно, Света думала точно так же, только вот что значит это его – «позаботились»? Он при своих умственных данных бьется словно ночная бабочка в яркое окно и не может попасть туда, на праздник жизни.

– Я тоже в этом уверена, Дима, – ответила она, сцеживая молоко в бутылочку. Скоро кормить девочку.

– Отдохни немного. Дочке привет передавай и поцелуй за нас.

– Обязательно. Жду. Люблю тебя.

– И я тебя.

Она положила трубку. Потом в телефоне пискнуло, и он увидел фотографию дочки – кажется, она чуточку повзрослела, голубые проницательные глаза смотрели на него в упор и… всё знали. Знали, где он был прошлой ночью. Без сомнения.

Дмитрий схватил стопку тетрадей, засунул ее в портфель и вышел из класса, заперев дверь.

Домой он приехал через двадцать минут. Олег уже пришел с занятий, его стоптанные кроссовки стояли у двери.

– Привет, – сказал Дмитрий. – Уроки делаешь?

Олег кивнул.

– Привет, пап. По информатике циклы проходим, записываю алгоритм, чтобы лучше запомнить.

– Уже циклы? – Дмитрий удивился.

– На уроке нет, дополнительное занятие.

– Ясно. А на тренировку идешь?

Олег с силой нажал на карандаш, грифель, издав трескающий звук, сломался, кусочек его кольнул Дмитрия в руку.

– Пап… я же говорил… тренер.

– Олег. В пять едем к маме, а потом идешь на тренировку. У тебя же в семь сегодня?

– Никуда я не пойду, – он отвернулся к окну. Его плечи мелко подрагивали.

– Не просто пойдешь, еще и полетишь! – Дмитрий вынул руку из?за спины.

Сын повернулся, на мгновение замер, он не понимал и не верил тому, что видел.

Перед собой отец держал запакованный скейт с огромными буквами «Хелло вуд».

Надпись, алеющая на пластике, заворожила его, он привстал, подошел ближе и медленно протянул руку, коснувшись пальцами, он провел ими по поверхности плотно натянутой прозрачной упаковки, затем дотронулся до мощных широких колес.

– Это же самый лучший, пап… как ты… как? – Он вдруг обхватил шею Дмитрия худыми руками, и вытягивающееся подростковое тело забилось, словно пойманная рыбка, слезы радости душили его, и он не мог больше произнести ни слова.