Майнеры

Никто в классе понятия не имел, что школьные уроки, домашние задания, такие страшные предметы, как физика, химия, тригонометрия, для него не представляли интереса ввиду простоты. Он не понимал, зачем такую ерунду нужно учить, если все решения виделись как на ладони. Тем труднее делать все шиворот?навыворот, решать примеры с кучей ошибок, иногда и вовсе притворяться умственно недоразвитым. Последнее у него получалось все лучше и лучше, иной раз Денис ловил себя на мысли, что шутовство и есть его настоящее, истинное лицо.

Тем не менее один раз он прокололся, причем довольно серьезно. Анна Евгеньевна, учитель физики – рассеянная медлительная дама, нараспев объясняющая уравнение Эйнштейна для фотоэффекта, – она бы ничего не заметила. Однако он имел неосторожность поднять бумажку, выпавшую из бокового кармана пиджака Ларина, когда тот выходил из класса по окончании урока.

Зачем он это сделал? Чистое любопытство, конечно же. Скоков замер, глядя, как листок кружась залетел под парту.

Читать чужие письма некрасиво, но черт возьми, что упало, то пропало! Особенно у Ларина. Развернув ее, он увидел формулу уменьшающейся геометрической прогрессии с несколькими неизвестными параметрами. Внизу проведена черта и знак вопроса.

Ничего сложного, детская задача, подумал Скоков. Рука потянулась к мелу, на доске стали появляться математические выкладки. Он писал быстро, мел поскрипывал, крошился, но процесс, как хорошая книга, затянул его, он видел несколько вариантов, и все они – черт возьми! – имели право на жизнь и были одно другого красивее.

Он действовал, скорее, под влиянием импульса, как, например, композитор, который набрасывает ноты, услыхав интересную мелодию, или писатель двумя?тремя словами описывает лицо незнакомки, мельком увиденной в окошке проезжающей мимо автомашины.

После знака равенства Скоков поставил число 21 и добавил шесть нулей, потом продолжил решение, указав, что, исходя из задания, прогрессия может иметь дополнительную реализацию на протяжении отрезка в 132 единицы, и окончание прогрессии, чего бы она ни означала, будет заканчиваться в точке 2140.

Удовлетворившись решением, Скоков кивнул самому себе, в странном забытьи положил листок на парту и отправился курить.