Цвет вечности

Встав рядом, я помолчала. Мы замерли здесь, в безлюдном месте, где музыка и голоса отдыхающих слышались обрывочно. Отсюда крутые, белеющие в ночи берега еще больше напоминали небольшие горы.

Я смотрела на воду неестественно синего цвета: в зеркально-спокойной глади отражались темное небо, звезды и луна.

Складывалось ощущение, что небо было и вверху, и внизу.

– Тебе не очень весело, дракон? – шепнула я.

– Ваши бессмысленные песни не для меня, – ответил он.

– Бессмысленные? – переспросила я. – Это о мечте, Ян.

Послушай еще раз. Песня о том, как человек сделал то, что хотел.

Я тихонько напела слова.

Он ухмыльнулся.

– То, чего не сделала ты? – Дракон говорил загадками.

Да и раньше, у нас в доме, он упоминал о чем-то подобном. Сегодня, когда уходил. Но, возможно, я все же чуть-чуть догадывалась, что он имеет в виду.

– Ты о чем?

– Обсудим позже, – бросил он.

Мы оба подняли взгляды на почти полную луну. Завтра она будет идеально круглой. В своей абсолютной силе.

– Луна полная, – повторил Ян мои мысли.

 – Скоро полночь.

Я посмотрела на экран телефона, достав его из кармана джинсовых шорт. Так и есть. Как поздно. Я должна успеть вернуться домой.

– Я отвезу тебя. Пойдем. – Рука повелительно легла на мое плечо.

Надо поторопиться. Оказалось нетрудным объяснить друзьям, почему мне нужно срочно уйти. Пусть причина была совершенно иной, но ребята знали, завтра – мой день рождения. Восемнадцатилетие.

Мы будем праздновать в узком кругу, семьей – приедут тетя и двоюродные сестры.

Необходимо подготовиться. Я попрощалась с друзьями, но напоследок мы успели обсудить детали нашей будущей встречи. Мы договорились увидеться послезавтра в городе и вместе отметить праздник.

Затем я села в автомобиль Яна, и мы поехали. Да, иногда он пользовался и машиной, чтобы выглядеть нормальным.

Родители спали, когда мы проскользнули в дом через задний ход, со стороны пристани. Везде царила тишина.

Я услышала сопение: покинув вольер, Дэсмонт пробрался в гостиную, вероятно, еще вечером, и спал на диване.

Я, естественно, не стала прогонять дракона, он поразительно послушно лег на заготовленное для него покрывало, ведь влетал уже не в первый раз. Я порадовалась его желанию сблизиться с нами. Еще больше одомашниться.

А вот где Кинли – я не могла сказать. Не удивилась бы, узнав, что он охотится, как дикарь, где-то в лесу.

Мы с Яном поднялись в мою комнату, ее заливал голубоватый мягкий лунный свет.