Чемпион

Обнял за талию, крепко прижал. В фильмах меня всегда раздражало, когда в ответственный момент герой вместо того, чтобы драться, начинал целовать героиню. А теперь я сам так поступил. И только звук остановившейся совсем рядом машины заставил меня оторваться.

Через дырку в стене я увидел, что «луазик» стоит в двадцати метрах от церкви. Водитель приоткрыл дверцу и свесил из машины ногу в ботинке сорок шестого размера. Пассажир злобно сверкал очками, неотрывно глядя в нашу сторону. Чего они встали и не выходят? Догадались, что мы прячемся здесь? Может, у них есть какие-то рации для связи между машинами и они ждут подкрепления, чтобы обыскать церковь?

– Надо уходить, срочно, – прошептал я Инге и Кушнеру, дышавшим мне в затылок.

 – Мы точно не застрянем в этой кишке?

– Там в начале узко, а потом можно идти в полный рост.

– И куда мы выйдем?

– В лес.

– Пошли.

– А как же тетя Анна? Она завтра приедет, а я…

Я мысленно выругался. Вслух сказал:

– Ей ничего не угрожает. Им нужны мы, а не тетя.

Завтра ты уже будешь дома. Тетя Анна позвонит тете Ингрид, и тетя Ингрид скажет, что все нормально… Что ты уехала в Юрмалу.

– Мне нужно переодеться. Отвернитесь и не подглядывайте.

Мы отвернулись. Инга зашуршала одеждой за нашими спинами. Не знаю, как Кушнер, а я исхитрился и подглядел. Мне понравилось…

Потайной ход действительно оказался узким только сначала. Постепенно он расширился настолько, что можно было подпрыгивать и махать руками. Вот только светлее от этого не стало, и мы шли черепашьим шагом, ощупывая выложенные какой-то плиткой сырые скользкие стены и шаркая ногами по твердому полу.

Иногда я зажигал спички, но проку от этого было не много, они освещали только наши напряженные лица, а когда гасли, окружающая нас темнота казалась еще страшнее и гуще.

Мы все шли и шли. Если верить часам, мы шли уже пятьдесят пять минут. Сколько это получается в километрах? Средняя скорость движения пешехода – пять км в час. У нас скорость меньше, плюс остановки.

Все равно мы прошагали достаточно, чтобы пересечь под землей поле и оказаться в лесу. Не могли же мы заблудиться! А если по пути были развилки, которых я не заметил?

Стояло мне об этом подумать, как проход начал сужаться и подниматься к поверхности. Инга сильнее сжала мою руку. Я поправил на плече ее сумку.

Подъем становился все круче, потолок давил на затылок. Я остановился и зажег спичку. Вовремя: впереди, на расстоянии вытянутой руки, была деревянная дверь.