Чемпион

Я достал его и принялся изучать расплывчатые фигуры на заднем плане. Мне показалось, что в одном из склонившихся над костром парней я узнал Кушнера. Что ж, ничего удивительного… Только куда запропастился этот засранец? После его звонка прошло уже минут тридцать…

Я встал и подошел к окну. Вовремя: светя фарами, к крыльцу подкатил двухдверный «опель-рекорд», за рулем которого сидел Мастер. Кроме него, в кабине был кто-то еще, я не мог разглядеть, кто. Из машины Мастер вышел один. Постоял, глядя на освещенное окно тренерской, и стал подниматься по ступенькам крыльца.

Мы поздоровались. Я был уверен, что мы пройдем в его кабинет и там обо всем подробно поговорим. Меня переполняло желание поделиться с ним последними новостями. Но у Мастера оказались другие планы:

– Ты один?

– Да, все ушли.

– А ты чего засиделся? Давай собирайся – и домой.

Это означало, что мне не следует видеть его пассажира и знать, какие между ними дела. Такое случалось и раньше, но очень редко. А ведь в тот момент я так нуждался в совете и помощи Мастера! Стараясь не показывать разочарования, я кивнул:

– Сейчас, только переоденусь, и все.

Но мои чувства, естественно, не остались для него незамеченными. Слегка улыбнувшись, он сказал:

– Обо всем поговорим завтра. Видишь, я приехал раньше, чем думал. Специально для того, чтобы закончить кое-какие дела. Их надо закончить сегодня.

Я быстро переоделся, повесил на плечо сумку с формой, которую хотел дома постирать, снова вышел в вестибюль.

– До свиданья…

Уходя от нашего зала, я услышал, как за моей спиной хлопнула дверца «опеля». Оборачиваться не стал, хотя и было любопытно узнать, кого же такого секретного привез с собой Мастер.

От зала до моего дома было десять минут по прямой и вдвое больше, если идти удобной освещенной дорогой. Я выбрал первый путь, хотя пользовался им не так часто, опасаясь подвернуть ногу или испачкаться, пробираясь через пустырь с котлованом замороженной стройки.

Я шел по тропинке, когда показалось, что кто-то движется параллельным мне курсом, стараясь оставаться невидимым в тени чахлых кустарников и беспорядочно наваленных строительных плит. Я остановился, прислушиваясь. С проспекта доносился шум машин и грохот трамваев, ближе к жилому кварталу лениво перелаивались собаки и какая-то мама кричала ребенку, чтобы он немедленно шел домой. Это были привычные, не предвещающие опасностей звуки, но я ощутил холодок в душе.