Космос-2020

Уроки Вонга усваивались, а куратор кивал, получая свои проценты от победных боёв лучшего из учеников.

Том знал, что зрителям нравятся мучения жертв. Только ему не доставляли эти победы удовольствия. Он не понимал, как у него получается выстоять перед более сильными соперниками. За месяц Проповедник Мак поднялся в третью позицию рейтинга, понимая, что постепенно, но неотвратимо он превращается в другого человека. Эта двойственность пугала, и постепенно Том понимал, что пути назад нет, и он ничем не лучше убийц арены, услаждающих толпу зрителей.

Они смотрели с экранов мониторов, которые висели по периметру арены, и жаждали крови, смерти, облизывали губы, сжимали кулаки. Поначалу Макферсон вглядывался в их лица, а потом его мысли занимал лишь бой, поверженные воины становились ступенями, а победы – возможностью получить билет к свободе.

Заняв первую позицию в рейтинге, Проповедник Мак превратился в бездушную машину для убийства, его больше не захватывали эмоции зрителей. Наносил удары, ломал челюсти, шеи, пробивал головы и, склоняясь над умирающим противником, шептал:

– Покойся с миром.

Если раньше это были слова раскаяния, теперь они превратились в некий слоган, в особую метку Проповедника Мака, в его фишку.

Вонг получал дивиденды, хозяин «Колизея» зарабатывал как никогда хорошо. Том имел привилегии – отдельную камеру, хорошую еду, возможность получить ласки местных жриц любви и свидание, только некому было навещать его.

Несколько раз он встречался с Бозом, тучным, краснолицым управляющим арены.

Боз, представитель расы пелеверов, был человеком, если не считать четырёх глаз на круглом покрытом выщерблинами лице. Мерзкая наружность и тошнотворный сладкий голосок, как у «девочки», добавляли ко внешности Боза неприятный осадок.

– Ты принёс хозяину хорошие деньги, Мак, – Боз сложил пухлые лапки с длинными выкрашенными в алый цвет ногтями на плотном животе. – Выпьешь?

Томас покачал головой, не проронив ни слова.

– Вонг сообщит тебе дату отправления на Сагари.

– Хорошо.

Боз приподнял редкие рыжие брови, видимо ожидая другой реакции. Пожевал губами, а потом приказал увести заключённого.

Сердце Тома Макферсона билось спокойно, несколько месяцев назад он бы кричал от счастья, узнав подобную новость. Теперь ему было всё равно, он больше не спорил с собой, не строил планов. Размышления о будущем погрузились на дно глубокого колодца, как и душа Тома, закрылась точно моллюск в раковине.