Талисман спасателя Бекасина

До сих пор помню все его доводы:

– …Денис, ты себе даже не представляешь, что такое космические спасатели! Старик, это – романтика, риск, приключения, подвиги, в конце концов… Был ты скромным Бекасом (моя фамилия Бекасин, отсюда и такое школьное прозвище), а станешь – настоящим космическим орлом!!! Ну, решайся!..

Ну и клюнул я на его удочку, уговорил меня этот змий-искуситель Костя. Поступили мы с ним в УЛКС. А когда отучились первый семестр, и стало ясно, что рутины в работе космических спасателей не меньше, чем, скажем, у тех, кто «пашет» в ПКК (промышленные космические корпорации, добывающие полезные ископаемые в поясе астероидов), змий-искуситель Костя тут же разочаровался в космонавтике, и перешёл в университет океанологии.

Свой выбор объяснил мне так:

– …Денис, какая разница между космосом межпланетным и гидрокосмосом земным? Тут ещё вопрос, где больше романтики: там, или здесь… Кстати, старик, может, и ты к нам перейдёшь?

Ну, уж, нет! Хватит! Один раз ты меня уже уговорил.

Буду учиться до конца. Тем более, что после второго семестра, говорят, у нас уже будет практика на одной из «орбиталок». В ближнем космосе побываю – уже здорово!

Вижу – в душе куснул Костя локотки, но виду не подал. На том мы с ним и расстались. Нет, не навсегда. Время от времени общаемся. Я ему рассказываю про свою работу на «орбиталке», он – про свои вояжи на дно Марианской впадины… А там тоже, если верить его рассказам, много чего интересного можно увидеть.

Там и гигантские кальмары, и трёхтонные омары, и ящеры, обитающие в подводных пещерах… Да, всё это впечатляет. Но… С космосом всё равно не сравнить!

…Мне навсегда запомнился, мой самый первый полёт на орбиту. Это было «что-то»! Мы, двадцать парней и пятеро девчонок, мчимся в бесшумно летящем магнитобусе в космопорт. Его видно издалека: над зелёной стеной леса, на фоне неба, в зенит нацелились раритеты прошлого века – от воссозданного гагаринского «Востока-один», до последних моделей ракет и кораблей уже века нынешнего («Союз», «Ангара», «Енисей» и прочие).

Всё это теперь музейные экспонаты былого утра космической эры.

Мы одеты в лёгкие скафандры автономного жизнеобеспечения, поднимаемся в ракетоплан, установленный на летающей платформе, похожей на гигантского морского ската. Волнуемся, хотя виду никто не подаёт. А то ж! Если заметят дрожь в коленках, могут и с полёта снять.