Запасной инстинкт

 – И чего ж ты, Петровна, служивым ничего не сказала?

– Некогда мне, – вдруг заявила старушка с костылем и медленно поднялась. – Недосуг. Зять с дочкой должны скоро приехать. Пойду приберусь.

«Зять с дочкой, – отметил про себя Черников. – Не дочка с зятем, что было бы логичнее для матери, а именно зять с дочкой. Значит, уважает мужиков старая. Но, судя по виду, – только настоящих. Уж больно строга».

Он шагнул в подъезд за ней.

– Вам помочь? – скорее искренне, нежели из-за повода завязать разговор, предложил Сергей.

– Помоги, коли добрый человек.

– Помоги, коли добрый человек.

– Я добрый, – подтвердил Черников, помогая старушке преодолевать ступени. – Я… адвокат. Да, адвокат.

Опираясь на его руку, старушка прошла еще один пролет и тихо произнесла:

– Адвокат!.. Да от тебя дежурной частью за версту несет.

– Как это? – изумился Черников и даже потянул носом.

– Вот-вот! – подтвердила бабушка. – Даже нюхаешь как собака легавая. Мент ты.

Черников замер, остановилась и старушка.

– Ну, мент, – согласился Черников. – Это что, плохо? Хуже, чем бандит?

– А сейчас не поймешь, кто мент, кто бандит. Ты давай веди меня, коли вызвался! Что встал как вкопанный? И не тяни носом как пылесос. Одеколоном не от меня, а от тебя пахнет. По Вирту пришел? Пошли ко мне, поговорим.

– К вам же зять с дочкой должны приехать? – спросил Сергей, чувствуя, как впереди, на правильно выбранной им дороге, начинает мелькать огонек.

Старушка открыла дверь, забрала у Черникова костыль и проворчала:

– Месяц уже, окаянные, не едут.

Квартирка, несмотря на скромность обстановки, была чистой и ухоженной. В углу – непременная лампада с рушником и пара икон.

«Одна старая, вторая – из нынешних, церковных, по сто рублей, – мгновенно определил Сергей. – «Троеручица» середины девятнадцатого века и «Владимирская», купленная в местной церкви, не иначе».

– Ты кто у нас будешь, мил человек? – спросила старушка, занося в комнату из кухни чайный набор.

– В отделе по раскрытию убийств работаю, мать, – признался Черников.

– Вот так-то лучше. А то – адвокат!.. Ну а меня Клавдией Петровной Мыскиной зови. А позвала я тебя на улице вот зачем…

– Как это позвали? – не понял Черников.

– Я вас, ментов, за километр чувствую. Знала, что за мной попрешься. Поэтому и сказала про Аллу. А нет никакой Аллы… Не в том дело.

– Что-то больно обидные слова вы говорите, мамаша! – заявил Черников.