Владыка Солнца. Цикл книг: «Наследие Фареллы». Том 1

Затем на него градом посыпались глухие удары палками по голове, благодаря которым горемыка вскоре окончательно потерял связь с реальностью. Сняв «тушку» с дерева, маленький лесной Народец взгромоздил «добычу» себе на плечи и унес в неизвестном направлении.

Очнулся паренек, так не вовремя угодивший в ловушку, спустя неопределенное время, когда в нос ударил едкий запах жженой резины. Через силу продрав глаза, первое что он увидел были его Капитанские сапоги, ставшие жертвой лесных охотников.

Совсем рядом с тем местом, где покоилось «главное блюдо», связанное по рукам и ногам лианами, находился довольно большой котел с закипающей водицей. Со всем знанием своего дела, в него закидывала всякие листочки и веточки лихая малышка с маской на лице в виде древесной коры.

– Каффи?! Вы же малышки Каффи, как младшая сестренка Принцессы.

– Замолчи! Мяу! Жалкий ты Душегуб! Твоему владычеству пришел конец! – огрызнулась на него Старшая из молодняка.

– Деточка, будь так любезна – развяжи! Обещаю я не скажу твоим родителям, что вы тут напроказничали, – взмолился паренек.

– Деточка?! Да к твоему сведению мне триста три Цикла Хаума.

– Ого, а так не скажешь…

– Ха, мой недалекий Мучитель, – показалась здесь и сама зачинщица Кошачьего Бунта.

Как и её соплеменники, Мурлышка охотно рассталась с официальной одеждой, положенной всем членам экипажа судов Королевского Флота. И теперь щеголяла в простых тканных, свободного кроя, штанишках до колен и рубашонке без рукавов, совершенно не стесняющих движения. Босые ступни, растрепанные волосы, расфуфыренные хвостики, повязка на лбу – отлично дополняли образ настоящих «амазонок» диких джунглей.

«Дело в том, что по достижению совершеннолетия, которое у каффи наступает в возрасте двенадцати сотен циклов, мы перестаем стареть. Поэтому даже старушки у нас выглядят, как дети!».

– Очень познавательно, Иша. Но не могла бы ты усмирить свой Народец, а то как бы не произошло непоправимое, – задергалась на месте «дичь».

– Молчать! Мяу, в присутствии Принцессы еде не полагается говорить, – прикрикнула на него «повар».