Дитя войны. Цикл книг «Юнофа». Книга первая

Тем временем позади них снова раздались ядовитые усмешки, недовольное шипение и прочие признаки недовольства девочками.

– Простите нас Наставница Юна, Софиэль нездоровится. Можно нам покинуть класс?! – проскрипела малышка, явно не в первый раз прибегая к подобному Плану Бегства.

– Да, конечно, – не на шутку напугалась Жаклир, которой могло влететь по первое число, если кому-то из детей вовремя не была оказана медицинская помощь на её уроке.

– Софи! – тихо молвила Юна, не сводя пристального взгляда с девочек, когда те направились к выходу.

От подобных слов на бедняжку уже совершенно по-иному взглянули все дети. Понемногу в их шальные головы стала закрадываться мысль, что именно они стали причиной подобного поведения своей одноклассницы.

Совершенно не сдвинувшись с места, Практикантка, с щемящей сердце болью была вынуждена лицезреть, как две девочки лишь на миг остановившись – снова направились прямой тропой к выходу.

– Про-с-ти-те, – сдавленным голоском, сквозь слезы проскрипела малышка и кинулась со всех ног бежать отсюда.

Юная Учительница не в силах скрыть своих слез, что так и наворачивались на глаза, опустила взгляд в пол. Возможно, впервые Юна осознала, что не со всеми бедами можно справиться лишь одним Желанием.

Всю эту сцену трагической борьбы со внутренними страхами был вынужден лицезреть весь Класс. Но лишь один мальчик, чувствующий на себе непосильное ярмо вины за всё, что здесь творилось, набрался смелости и кинулся вслед беглянкам.

Он больше не мог видеть всех тех страданий, что причинял не только Софи и Алисии, но и самой Преподавательнице. Сам не зная почему, при одном только взгляде на девушку, которая давилась горькими слезами, его сердце резко сжалось от жгучей нестерпимой боли. В него, словно будто клинок вонзили по самую рукоять.

Сгорая от стыда, не отдавая отчет своим действиям, разгоряченный малыш срывается с места, и прямо по партам, через головы своих одноклассников, стрелой пускается «в погоню».

– Стой! – хотела было кинуться за ним Жаклир, но Юна молча подняла руку и все тут же замерли, где кто находился. – Я сама…

Оставив позади себя «жужжащий улей» детворы, девушка осторожно подходит к распахнутой двери и становиться свидетельницей, как храбрец с несвойственным ему благородством, берет Софи за ручку и ведет обратно в класс.