Дитя войны. Цикл книг «Юнофа». Книга первая

Тем самым она уступила «сцену» группе Благородных Девиц, для которых сей небольшой разговор стал отличным поводом для очередных издевок. И лучшей для этого жертвы, как новенькая служанка – и во век не сыщешь.

Пряча свои ядовитые кривые ухмылки за ажурными веерами, сверкая злобно глазками, шурша своими пышными платьями, маленькая стайка из трех «сорок» медленно и очень вальяжно подошла чуть ближе к тому месту, где в траве исчезла Юна.

Держась на почтительном расстоянии от черни, боясь даже ступить на сырую землю и испачкать тем самым свои мягкие бальные тапочки, девушки замерли в пару шагах от места работы садовницы.

– Кху… Кху… – подала голосок главная зачинщица всех местных подстрекательниц.

– Будьте здоровы! – послышался голос из высокой травы.

– А я и не чихала!

– Ну-у, никогда не лишне пожелать здоровья, такой… – поднялась с земли юная садовница.

Не успела она опомниться, как перед её очами предстала прекрасная Незнакомка вся, так и блещущая красотой.

– Беляночке, – закончила мысль Юна, вдосталь насмотревшись на подобную всю напудренную и накрахмаленную светловолосую, голубоглазую Девицу, которая с гордо поднятым подбородком и чуть вздернутым носиком, ожидала услышать немного иные слова восхищения её красотой.

– Что?! Как ты меня назвала?! – от негодования готова была разразиться жутким скандалом девушка, облаченная в белоснежный пышный наряд прилежной Ученицы, но тут, сделав шаг ближе к ним, садовница невольно оступилась.

– Вот спасибо, выручила, – чуть не упала Юна, но вовремя успела облокотиться о плечо раскрасневшийся от гнева Благородной Девицы.

– А-а-а! – запищали от негодования подружки бедняжки, которую мало того назвали в четь поганки, так еще и утянули с мощенной камнем дорожки в самую гряз.

– Ты-ы-ы! – теряя всяческое терпение зарычала Юная Дева, и как завопит сдавленным голоском.

– Ах да точно, не хорошо вышло… Но ничего, ты тоже можешь меня потрогать. Ну же давай – не стесняйся. Я не заразная и не привередливая, – протянула к ней обе ручонки садовница, как бы желая её обнять.

– Чего?! – совершенно растерялась Беляночка, у которой завитушки волос, так и распрямились от негодования.