Назад дороги нет. Часть 1

Злость никуда не делась, она подпитывала его, давила на мозг, заставляла желать возмездия. Он ничего не мог с собой поделать, стоило только вспомнить вчерашнюю ночь, лицо отца, испуганную Габби…

Мысли о сестре здорово его отрезвили. Он должен держаться ради Габби. Если он попадёт в неприятности, кто о ней позаботиться? Полностью ослеплённый, он совсем об этом не подумал.

– Что он обычно делает с теми, кто ему перешёл дорогу? – спросил Тео. Мысленно он начал обдумывать, что ему делать. Нужно попытаться как-то снова обставить пацана.

Оливер и Ник озабоченно переглянулись. Ник опустил голову, придирчиво рассматривая свои ботинки, а Оливер закусил губу. Рука его дёрнулась, словно он хотел положить её на ладонь Тео, но вместо этого опустилась на собственное колено. Длинные, тонкие пальцы начали отбивать незнакомый ритм. Лицо мальчишки как-то разом побледнело, отчего веснушки рыжими пятнами на носу выделялись ещё сильнее, он тяжело вздохнул.

– Обычно он с Шкафом, Донованом и несколькими шестёрками избивают беднягу до полусмерти, – произнёс Оливер. И не глядя на Тео, добавил: – И ещё, они могут отправить в отбросы.

Смысл сказанного не сразу дошёл до Тео, в этот момент обдумывающего, как ему обезопасить Габби, чтобы говнюк Том или Сэм или любой другой отморозок даже не смотрели в её сторону, а когда дошёл, его словно обухом по голове ударили, он почувствовал новый ещё более яростный прилив злости.

– Сука! – гневно воскликнул Тео. – Ни хрена у него со мной не выйдет!

Мальчик в этом не сомневался, он собственными руками, изо всех своих сил придушит Тома или мерзкого Сэма, если эти отморозки только попытаются его хоть как-то тронуть.

– Скорее всего, они будут разбираться с тобой после отбоя, – быстро протараторил Оливер.

Ник согласно кивнул и решившись, потянулся, ободряюще хлопнул Тео по плечу. Словно говоря: «Не дрейфь, мы с тобой, приятель».

Тео удивлённо замер, смотря по очереди на мальчишек. Он никак не ожидал, что они, едва зная его, кажется, собирались ему помочь. Даже несмотря на то, что сам он вёл себя не самым лучшим образом, желая поскорей от них отделаться.