Пик из Эхтера. Цикл книг: «Эйриния». Книга первая. Том I

После, чиркнув пару раз кремень друг о друга, зажгла одну свечу и поставила на прикрученную к стене металлическую пластину, заменяющую подсвечник. Но она под весом свечи отвалилась.

– Вот блин! – чертыхнулась мышка и пошла за отверткой.

Подняв пластину, она наживила шуруп, но тот плохо поддавался.

– Позволь я, а ты пока отдохни, – принял рабочий инструмент из её рук мышонок.

– Хорошо, – тяжело дыша, облокотилась о стенку Печатница, переводя дух.

– Скажи Тания, здесь всегда так?! – принялся закручивать шуруп Пик.

– Ты имеешь в виду, что всё отваливается и разваливается прямо на глазах? – в ответ паренек кивнул. – Просто всем, кто здесь работает, всё равно, что их окружает, – ответила прискорбно девушка.

– А как сама?

– Я бы и рада прибраться, разложить всё по полкам, повесить над ящиками таблички с номерками размеров кеглей и названиями букв, что хранятся в них. Но работы всегда полный воз, вот вечно руки и не доходят…

– Раз мы всё закончили, может я примусь за это?

– Хорошая идея Пик, это будет просто замечательно, но…

– Но-о-о…

– Время уже поздний вечер.

– Договорились! Обещаю, скоро ты сама не узнаешь свой цех. Здесь всё будет светлее и чище, – приободрил её мышонок, взяв с себя обещание прибраться, а то на местный интерьер нельзя было без слез взглянуть.

Всюду было пыльно, грязно, темно, а ко всему прочему царила полная неразбериха и рабочий беспорядок.

При этих словах в дверь неожиданно постучались два раза. Тания как-то резко вскочила с места.

– Это-о-о, наверное, грузчик за тиражом, – подошла она к двери и открыла её.

В цех с оглушающим грохотом вкатилась тележка на колесиках. За ней вошел толкающий её грузчик – мышонок примерно того же возраста, что и Пик, худой, с надвинутой на брови плоской шапкой уличного хулигана.

– Что грузить!? – прохрипел он.

Тания указала на готовый тираж. Пик хотел кинулся помочь ему.

– Не стоит, я сам! Это моя работа, – жестом раскрытой ладони отказался он от помощи.

Паренек вопросительно взглянул на Танию, которая, казалось, была чем-то взволнована.

– Что случилось? – подошел к ней Пик.

– Время уже за четыре, а эти публицисты не шевелятся! Вечно они так.